Она стояла к нему спиной. Костюм из спандекса,[5] облегавший ее словно вторая кожа, подчеркивал стройность фигуры. Ему подумалось, что это зрелище – компенсация за то, что он не видел Кейт в купальнике. У него голова пошла кругом: кровь в висках пульсировала в такт ударам барабанщика, грохотавшим в динамиках.
Внезапно она повернулась, и Сэм расплылся в улыбке. Но тотчас же понял, что она кричит. Он не слышал ее крика, но ладонь, прижатая к губам, и ужас в глазах – зрелище слишком красноречивое. Он отступил на шаг, чтобы солнце осветило его. Несколько секунд спустя стеклянная дверь открылась.
Кейт уже принялась отчитывать Сэма за то, что он так ее напугал, но тут поняла, что грохот музыки заглушает ее слова. Она попятилась, озадаченно глядя на Сэма. Сэм же бросился к приемнику и выключил его. Тишина оглушила их обоих. Они молча смотрели друг на друга.
– Откуда взялся этот жуткий грохот? – спросила Кейт, утирая пот со лба тыльной стороной ладони.
– Думаю, что и все зверье в округе задается тем же вопросом.
– Я серьезно, Сэм. Что, музыка всегда так слышна снаружи, если ее включают в комнате?
– Нет, не всегда. – Сэм разглядывал кнопки на приемнике. – Похоже, вы задели вот этот рычажок, – добавил он, указывая на тумблер, которым Кейт щелкала перед тем, как приступить к занятиям.
Кейт слегка нахмурилась:
– Сэм, вы испугали меня до смерти! О чем вы думали, так подкрадываясь ко мне? Если бы у меня было оружие, я могла бы вас убить.
– Если бы у вас было оружие, милочка, я бы отобрал его в первый же вечер.
И тут ей в голову пришла новая мысль: она что же, устроила концерт для всей округи?
– Ох, Сэм, значит, музыка была слышна и в марине? Поэтому вы и поднялись сюда?
– Нет, пожалуй… – растерялся Сэм. Не мог же он признаться, что приехал потому, что не видел ее этим утром. – Дело в том, что Грэнни просила меня передать вам вот это, – сказал он с облегчением, вспомнив, что в руках у него свечи. – Кстати, я сначала постучал. Но вы были заняты.
Кейт надеялась, что Сэм объяснит румянец на ее лице интенсивными упражнениями. Ей было ужасно неудобно – ведь он наблюдал за ее выкрутасами. И долго ли он стоял у двери?
Сэм протянул небольшой сверток.
– О, чудесные свечи, – улыбнулась Кейт. – Знаете, Грэнни сама делает их. Ах да… конечно, вы знаете. Как мило с ее стороны. Они так замечательно пахнут… – Она прикрыла глаза и поднесла к лицу свечи. – Пожалуй, я зажгу несколько штук сегодня за обедом.
Сэм почувствовал знакомую ноющую боль, когда она танцующей походкой обошла стол, прижимая свечи к груди. Он вдруг понял, что следует за ней по пятам, словно на привязи.
– Они вполне могут понадобиться вам сегодня вечером. Приближается атмосферный фронт. Будет сильный дождь. Возможно, мы теперь очень долго не увидим солнца.
– Дождь? Ну, тогда, наверное, мне лучше отправиться на прогулку, пока еще есть такая возможность.
– А может, подвезти вас на джипе? – Он пожалел о своих словах. “Тебе нужно уйти, – подсказывал ему рассудок. – Подальше от этой женщины и ее… костюма”. – Нам не обязательно ехать по дороге. И так будет быстрее – ведь вы хотите увидеть как можно больше?.. – “Она избегала тебя! Зачем выкручивать ей руки?” – Ну же, Кейт, ваш отпуск, наверное, уже заканчивается, а вы почти ничего не видели. – “Остерегайся ее! Остерегайся!”
– С удовольствием, Сэм. Только позвольте мне немного освежиться.
Она прошла в ванную. Затворив за собой дверь, привалилась к ней спиной и закрыла глаза. Слова “нам не обязательно ехать по дороге” по-прежнему звучали у нее в ушах. “Я совершила ужасную глупость”, – думала Кейт. Она останется с ним наедине и будет полностью зависеть от него. Что-нибудь обязательно случится. А ведь через несколько дней ей придется уехать, и она только все себе усложняет. “Ваш отпуск уже заканчивается, а вы почти ничего не видели”.
– Здесь чудесно, правда? – Сэм стоял на краю скалистого обрыва и смотрел на открывающуюся перед ними панораму. Отсюда было видно все озеро и заповедник на противоположном берегу. – Ни намека на присутствие человека, – добавил он, немного помолчав.
Кейт с опаской шагнула к нему и ухватилась рукой за его замшевую куртку. Наконец решилась посмотреть вниз.
– Много ли здесь коттеджей? Я не видела здесь ни души с тех пор, как приехала.
– Коттеджи на вершине горы принадлежат тем, у кого в городе дел по горло. Вы никого здесь не увидите до самого апреля. Теперь, до самой весны, здесь можно встретить только охотников в лесу и рыбаков на озере.
– Городские жители, построившие здесь дома, – как они узнали об участках? Купили их у вашей семьи?
– Да, кое-что купили. Мой отец продал через агента небольшие участки на вершине, а потом местный подрядчик построил коттеджи. Отец, правда, продал немного. Но этого хватило, чтобы оплатить мою учебу в колледже – в обмен на ту работу, что я выполнял в гавани. По совету моей матери остальные деньги он вложил в акции. Этого хватает на оплату налогов.
– Хорошо, что он продал часть земли. Иначе я не приехала бы сюда. Здесь замечательно, Сэм.
