- Может, мне начать? Действительно начать конфликт, которого многие желают? Мой Двор шепчется и воспевает то, что мы могли бы сделать, пока твой Двор слаб. Все труднее и труднее не слушать их. – Темные фигуры раскачивались вокруг него, словно ожившие тени. Габриэль и другие Ищейки замерли в ожидании.
Кинана и Эйслинн сопровождали только несколько членов Двора. Она не ожидала неприятностей. Разумеется, в воздухе витали отголоски конфликта, но фейри всегда жили в состоянии раскола. Правители это контролировали. Ниалл когда-то был хорошим парнем. Дония когда-то была хорошей. Двумя Дворами, которые создали массу проблем ее Двору, управляли фейри, которым Кинан доверял – и даже больше. Он верил, что их прошлое защитит Летний Двор. Он знал, что эти двое своенравны, но никогда не думал, что все настолько серьезно, чтобы привести к настоящим проблемам. «Дворы фейри устроены не так, Эйслинн, – уверял он. – Мы не так скоры на расправу». И она верила ему – до сегодняшнего дня.
- Я пугаю тебя, Эш? – Голос Ниалла упал до тихого шепота, как будто, кроме них, в зале не было никого. – Напоминаю тебе, почему ты когда-то думала, что мы монстры?
- Да. – Ее голос дрожал.
- Хорошо. – Он посмотрел в сторону, где выросла стена из теней. За стеной лежал единственный фейри, кроме нее, который мог разорвать эти тени. Но она не знала, как это сделать, а Кинан без сознания лежал на полу.
- Твой король никогда не учился сражаться. За него это делал я и все остальные, – как будто между прочим, добавил Ниалл.
Стена из теней выросла и заключила их обоих в шар. Эйслинн толкнула ее; на ощупь стена оказалась шершавой и гладкой одновременно.
Она отдернула руку и попыталась сосредоточиться на разговоре.
- Почему ты это делаешь?
- Защищаю твоего любимого смертного? – Ниалл покачал головой. – Я не дам Кинану сломать и его, а ты доказала, что не можешь защитить своих друзей от Кинана. Ты хороша для своих фейри, но твои смертные…
- Твой Двор сделал это с Лесли.
- А ты могла спасти ее. Если бы ты предложила ей защиту своего Двора прежде, чем он забрал ее… – Он оборвал фразу тихим рычанием. – Ты подвела ее так же, как подведешь и Сета.
- Я совершала ошибки, но я никогда не причиню боли Сету. Я люблю его. – Эйслинн чувствовала, что постепенно теряет контроль. Ниалл загнал ее в ловушку, ударил ее короля и намекает, что из-за нее Сет уязвим. Прежде она поранила Ниалла случайно, не совладала с собой, но теперь… теперь ей хотелось причинить ему боль. Ее темперамент вспыхнул, как спичка, и в этот момент она не видела причины пытаться себя контролировать. Воздух внутри шара из теней становился обжигающе горячим. На губах она ощутила едкий воздух и песок пустыни.
- Ударь меня, Эш. Давай. Разреши позволить моему Двору обрушиться на твой. Убеди меня, что я должен позволить им мучить твоих нежных Летних Девушек. Позволь мне разрешить им проливать кровь рябинников, – шептал он тоном, уместным для будуаров и пламени свечей. Такова была природа Темного Короля – насилие и секс, страх и похоть, гнев и страсть. Ниалл протянул руку, погладил ее по щеке и добавил: – Дай мне поддаться их желаниям.
Она приблизилась к Ниаллу.
- Последний Темный Король думал соблазнить меня. Здесь. На этом самом месте.
Ниалл рассмеялся, и на короткое мгновение он показался почти счастливым, но его удовольствие прошло так же быстро, как и появилось.
- Если бы он действительно попытался, он бы получил, что хотел. Он не пытался, Эш… Ты была мимолетным развлечением, флиртом на пять минут. Это в духе Ириала.
- Кинан говорит, ты, как и Ириал, Gancanagh. Прежде он мне не объяснял, что это значит, – признала Эйслинн, не испытывая гордости за обман своего короля, как и за его последствия, но желая быть честной. – Ты по-прежнему такой? Вызываешь зависимость?
- А что, хочешь попробовать?
В нем затаилось нечто дикое. Она видела это под тонким налетом любезности, который по-прежнему сохранял Ниалл. Ей не хотелось, чтобы эта оболочка дала трещину. Логика подсказывала держаться подальше, но Эйслинн отмахнулась от доводов разума.
