– Не нужны вожди, – мысленно говорил он себе, – нужны грамотные и умные люди, способные осмыслить, углубить и управлять новым общественным строем. Молодые должны взять нашу эстафету, эстафету отцов и нести ее дальше. Они наследуют наш опыт, наше богатство, все то, что мы построили в неимоверно трудных условиях.
О необходимости политической реформы Сталин думал давно, а к реализации своих замыслов, приступил только на XIX съезде партии. На съезде были утверждены директивы по 6-й пятилетке, переименована партия из ВКП(б) в КПСС. Он учел опыт прошлого. В свое время Ленин, желая омолодить руководящий штаб партии, также увеличил его состав.
Воспоминание о Ленине вернуло Иосифа Виссарионовича в двадцатые годы. Владимир Ильич тяжело болел. Головные боли, потеря работоспособности вызывали у него страх перед будущим.
– Боюсь, что я закончу параличом, – говорил он Сталину, – я не хочу жить, и прошу тебя достать и дать мне цианистого калия.
Говоря об этом, Владимир Ильич волновался, и, чтобы успокоить больного, Сталин дал согласие. Спустя какое-то время с такой же просьбой к нему обратилась и жена Ленина – Надежда Константиновна Крупская. Иосиф Виссарионович попал в трудное положение. Но каким бы трудным оно не было, он не мог стать причиной смерти Ленина. 21 марта 1923 года он пишет письмо, адресованное членам Политбюро.
«В субботу 17 марта, – говорится в этом документе, – т. Ульянова (Н.К.) сообщила мне просьбу Владимира Ильича Сталину о том, чтобы я, Сталин, взял на себя обязанность достать и передать Вл. Ильичу порцию цианистого калия. В беседе со мной Н.К. говорила, между прочим, что Вл. Ильич переживает неимоверные страдания, что дальше так жить немыслимо, и упорно настаивала «Не отказать Ильичу в его просьбе». Ввиду особой настойчивости Н.К. и ввиду того, что Владимир
Ильич требовал моего согласия, я не счел возможным ответить отказом, заявив: «Прошу Вл. Ильича успокоиться и верить, что, когда нужно будет, я без колебаний исполню его требование: Вл. Ильич действительно успокоился.
Должен, однако, заявить, что у меня не хватит сил выполнить просьбу Вл. Ильича, и вынужден отказаться от этой мысли, как бы она не была гуманна и необходима, о чем и довожу до сведения членов П.Бюро ЦК.
21 марта 1923 года.
Сталин».
