Остановившись перед дверью библиотеки, Стивен тихо открыл скрипучую дверь, войдя в огромное помещение, заставленное большими книжными шкафами из красного дерева, полки которых были полностью заполнены разнообразными книгами. Стивена манил таинственный запах старых страниц, пыли и небольшой горсти одиночества. Он часто проводил своё время в библиотеке, забывшись над какой-нибудь книгой. Его вовсе не интересовало содержание, весь шарм книги он видел в капельке души, которую автор оставил в написанных словах. Удивительно, какой силой обладает книжное слово! Оно может рассказать о многом, в том числе и о самом авторе, раскрыть некоторые черты его характера, поведать о его жизни и состоянии души. Стивен был настоящим книжным маньяком, вновь и вновь поедающим крупинки душ, собирая их со страниц. Этой ночью его интересовала только одна книга, спрятанная от чужих глаз и рук. Это был небольшой сборник записок от руки, сохранившийся с далёких времён, когда мы были детьми. Стивен хранил его очень долго, всю свою жизнь, начав с того самого момента, когда повстречал дочь продавца антиквариатом. Это удивительно, но она так сильно понравилась ему, что он начал слать её письма, на которые всегда получал ответы. Я знал об этом, поэтому сразу же запретил ему, но Стивен смог обойти меня, каждую ночь принося письма на подоконник маленького дома с небольшим цветочным садом у ворот. Протянув руку к самому высокому шкафу, Стивен едва взмахнул ею, как старенькая самодельная книжка оказалась в его руке. Он спрятал её здесь для того, чтобы лучше сохранить и лишний раз не беспокоиться о своём сокровище. Если никто из учащихся не сможет до неё даже дотянуться или подумать о её существовании, то это отличное место для хранения тайн.
Присев за рабочий стол у окна, Стивен бережно открыл книгу, сшитую из многочисленных потёртых листков и размягчённой серой обложкой. На первой странице когда-то он от руки нарисовал портрет Эмили, который радушно улыбался ему, казалось, совсем живыми глазами. Ему не терпелось перечитать все письма, собранные вместе, снова услышать голос возлюбленной девочки, который до сих пор жил в его мыслях. Когда Стивен читал её письма, то невольно слышал её лёгкий голосок, который всегда был для него невероятно сладок. Темнота укрыла его с головой, сокрыв от чужих глаз, лишь одна настольная лампа горела на столе, открывая печальному демону небольшую форточку для счастья.
— Здесь темно… Мне страшно, — послышался тихий детский голос из темноты, — Почему так темно, Стивен?
Развернувшись в сторону призрачной девочки, прячущийся среди книжных шкафов, демон по-детски склонил голову, протянув девочке руку. Она осторожно подошла к нему, положив свою крохотную бледную ручку на его ладонь.
— Ночью я слышала, как кто-то шептал в тьме. Эти голоса были такими странными… Я так и ничего не смогла понять. Этот шёпот… Это демоны, Стивен?
Стивен не ответил, отложив книгу в сторону. Поднявшись со стола, он присел на колени, чтобы быть одного роста с ребёнком. Демон смотрел ей прямо в глаза.
— Все вокруг могут оказаться демонами, даже если их трудно отличить от людей. А этот шёпот, который ты слышишь, всего лишь ночные разговоры жителей города.
— Так это люди… — Эмили смутилась, опустив глаза.
— Быть может, но не стоит заранее говорить об этом. Люди порой хуже демонов, Эмили.
— Да, точно, — тихо произнесла она, словно вспомнив что-то очень болезненное, — Стивен, а ты никогда не сделаешь мне больно?
Демон заботливо улыбнулся, слегка приобняв девочку.
— Да разве я посмею причинить тебе вред?! Я поклялся оберегать тебя, помнишь?
— Но ведь ты… демон.
— Тем лучше. Я всегда знаю, где ты находишься. Мне так спокойнее.
Двери библиотеки приоткрылись, впустив томительный свет включившейся лампы на стене. Послышались тяжёлые шаги, предвещающие о присутствии Гетхэма, который всегда тайно следил за нами, пытаясь выявить наши греховность и обвинить в творившем нами зле. Но за это время он так и ничего не смог выяснить, что его довольно сильно злило. Он боролся со своей злостью и неприязнью к нам. В частности в этом ему помогали нравоучения ректора, который искренне верил в наши «чистые» души, способные полностью копировать душу человеческую, приняв ту жизнь, которую проживает каждый человек.
— Не спится? — с упрёком поддёрнул Гетхэм Стивена, прищурив синие глаза, в которых то и дело читалось недоброжелательность и недоверие ко всему, что выделялось среди серой толпы. Это раздражало его.
— Ночь — прекрасное время для чтения, мистер Гетхэм, — прижав к себе фарфоровую куклу, которая недавно была образом призрачной девочки, демон притянул книгу, лежащую на столе, поближе к себе. Нельзя было, чтобы кто-то узнал его секрет, историю его искренней, чистой и непорочной детской любви к Эмили, — а вы, вероятно, тоже любите почитать в это позднее время, раз решили навестить библиотеку.
