Слабо вздохнул. Его палец снова завис над диском и набрал знакомый номер - на этот раз от души. Спустя момент их соединили.
- Да? Говорит Нарита.
- А…Юзуру? Это я.
- Такая?
Знакомый голос Юзуру, сегодня - откуда-то издалека. Такая было неосознанно расслабился, однако Юзуру мгновенно начал кричать на него:
- Какого черта с тобой случилось?! Ты даже на экзамене не показался! И ты ничего мне не сказал!
- Угу. А…прости.
- Я думал, у тебя простуда или жар или еще чего…я беспокоился! А когда спросил Мию-чан, она сказала, что ты уехал…Да что с тобой такое?! Где ты, блин?!
Юзуру был в редкой ярости - при звуках его голоса Такая совсем расстроился. В ответ на молчание Юзуру неуверенно спросил:
- Такая…? - его голос сразу затих. - Что-то…случилось?
Такая слабо улыбнулся - он был рад, что Юзуру такой отходчивый. Он открыл рот, и потекла обычная непринужденная беседа.
Ночь в Сэндае вступала в свои права.
- Эй! Парень! Хватит отлынивать и мети тщательнее!
Здания храма эхом отражали низкий гулкий голос Кокуре с самого раннего утра. Такая отшвырнул бамбуковую метлу и, сузив глаза, развернулся:
- А, черт побери…! Так чего я должен этим заниматься?!
- Это один из аспектов тренировки.
- Ну и как оно тренирует?!
Кокуре отвернулся, не обращая внимания на его порыв:
- Подмети и кладбище хорошенько. Не забудь вынести мусор с заднего двора, когда польешь цветы в саду. Потом у нас утренние службы. А потом генеральная уборка в главном храме. Когда закончишь, продолжим с того места, где вчера остановились. А теперь шевелись и возвращайся к работе!
- Ку…эй! Ох уж эти дедули! Дедули, блин!
Такая чувствовал себя настоящей половой тряпкой. Он подавленно подобрал метлу.
“Свихнулся он, что ли…?”
Где-то через десять минут вернулся Кокуре:
- Кажется, засорилась канализация. Не мог бы ты…? Молодой монах?
Такаи в саду и след простыл. Его метла стояла, прислоненная к хурме перед главным храмом. Кокуре насупился:
- Этот несносный парень…Удрал, значит?
“Можно подумать, я этого просил!” - плевался про себя Такая, шагая по дороге к городу.
Он всегда был вспыльчивым и просто не мог смириться с подобным обращением - как с младенцем…поэтому немедля сбежал. Его наручные часы показывали только восемь. В утренний час-пик мимо проходили бизнесмены в костюмах и ученики местных старших школ в униформах. Такая чувствовал себя довольно неудобно, шатаясь по округе в обычной одежде, но…
“М-да, я даже еще не завтракал.”
Подчинившись зову пустого желудка, Такая порылся в карманах брюк. Кошелек он, очевидно, оставил, и наскреблось всего лишь 620 йен.
” Если я поем в МакДональдсе, ничего не останется.”
Этот его побег сгоряча явно не мог продолжаться долго. Такая испустил тяжелый вздох и через реку посмотрел на зелень замка Аоба. Внезапно в его воображении возникло лицо Наоэ. Лицо казалось рассерженным. Такая вздохнул еще раз. “Только ты и неправ” - осудил мысленный голос, и Такая неохотно поплелся дальше. Он не знал, что в это время Аяко рвет и мечет в храме Дзико.
И даже до того, как он осознал… Его ноги сами пошли по знакомой дороге - не в первый раз он был здесь. Он помнил этот ряд домов…
“Точно…”
Такая вспомнил и застыл на месте. Он приходил сюда однажды, несколько лет назад. Было это сразу после того, как мать развелась и снова вышла замуж.
Он сбежал из дома после крупной ссоры с отцом и, имея при себе только накопленные деньги, лихорадочно добрался до места, где жила мать. Но, несмотря на то, что он подошел к самой двери, так и не смог найти силы позвонить.
“Прошлое, да?”
Той ночью шел снег. Такая помнил, как стоял перед дверью неизвестно сколько времени, глядя на теплый свет, льющийся из окон дома Савако.
“Как это было тупо.”
Не останавливаясь, Такая стиснул губы. Над головой раскинулось ярко-голубое утреннее небо. Он проходил мимо младшеклассников, спешащих на уроки. Его ноги сами следовали знакомой дорогой - словно дорогой памяти.
А потом он остановился перед домом, который помнил, - перед традиционным домом, обнесенным белой стеной. В скромном саду цвели красивые красные бутоны - моховые розы, которые обожала Савако. Такая вспомнил, что много похожих цветов росло у них в саду, очень давно, и на него нахлынула ностальгия. Когда он был младше, то с Мией любил рассаживать их семена по всему саду и с нетерпением ждать, когда же они взойдут.
Образ улыбки Савако, наблюдающей за детьми, отпечатался поверх моховых роз.
Цветы эти больше не росли у них дома.
Он оглянулся на детский голос.
“О…”
В дверях появились женщина в переднике и мальчик с портфелем.
Савако.
Такая инстинктивно нырнул за угол и оттуда продолжал смотреть на две фигуры у дверей.
- Ты все взял? Сменную обувь?
- Ага!
- Молодец, - с улыбкой отозвалась Савако; несмотря на то, что она немного постарела, улыбка ее стала еще искреннее, еще ярче.
Он соскучился по этому далекому знакомому голосу.
- Осторожнее через дорогу!
- Хорошо! Пока!
- Пока.
Мальчик приближался к нему. Такая подхватил его, когда тот огибал угол.
- Ууупс.
