– Добрый вечер, джентльмены, – я по-волчьи ухмыльнулся. – Если так любите стейки, готов сообщить, что «Клуб высотной мили» подает вторые по вкусу... – я замолчал и постучал себя по подбородку. – Хотя, раз «Грань» теперь недоступна, полагаю, их стейки стали официально лучшими.
Люциан никак не отреагировал, выражение его лица осталось таким же каменным и жестким. Лео же, напротив, вскипел и глянул на меня с явной угрозой. Однако Люциан, должно быть, держал его на поводке, поскольку он не произнес и слова. Лифт стал практически переполненным, когда к нам зашли еще и несколько телохранителей и мужчина с толстой папкой под мышкой. Судя по всему, один из их чертовых адвокатов. Это смешно. Мы вдвоем оказались против этой армии придурков. Они наверняка были увешаны оружием, тогда как у нас с Перри при себе лишь наша влиятельная фамилия и толстые кошельки. Морелли были безрассудными ковбоями, они словно принадлежали миру, который давно был стерт с лица земли. Атавизм в городе, где остальные эволюционировали, осознав, что деньги были самым острым лезвием. Морелли же продолжали цепляться за свое оружие и брутальные взгляды.
Перри нажал на кнопку нужного этажа и сцепил перед собой руки. Я же неторопливо окинул взглядом всех врагов, отмечая одно несовершенство за другим.
– Вы только вдвоем? – спросил Люциан, приподняв темную бровь. – Вам не кажется, что вы смотритесь несколько... неподготовленными?
Я многозначительно посмотрел на Лео.
– Думаю, Люциан, это твой брат оказался неподготовленным, заключая сделки, выполнять которые не в состоянии.
Лифт звякнул и открылся на двадцать седьмом этаже, спасая нас от взрыва Лео. Пожилая пара окинула нашу толпу напряженным взглядом и махнула нам подниматься, решив воспользоваться следующим лифтом. Двери снова закрылись, а мой телефон завибрировал, из-за чего пришлось достать его и прочесть сообщение.
Лифт снова открылся на шестьдесят восьмом этаже. На этот раз к нам шагнул мужчина в костюме – мой человек. Ксавье зашел молча, но его внушительная фигура буквально заполнила все оставшееся пространство. Теперь у нас с братом появилась своя охрана. Я знал, что Морелли нанимали лучших. Как и мы. Оставалось лишь надеяться, что никому не придется обнажать оружие во время переговоров.
Люциан сжал зубы, поняв, что меня опасно недооценивать. На моем лице теперь отчетливо читалось самодовольство. И если Морелли это раздражало, я ничем не мог ему помочь. Мы снова остановились, уже ближе к самому верху, и нам пришлось потесниться, чтобы впустить Тодда. Как правило, Ксавье был более серьезным в их дуэте, однако сейчас обычно дружелюбный Тодд не улыбался. Оба моих человека встали стеной мышц, блокируя двери лифта. То как Морелли стало не по себе, я счел отличной закуской перед полным их провалом.
Наконец, двери открылись на восьмидесятом этаже. От пикантных ароматов идеально прожаренной говядины и чеснока у меня заурчало в животе. Однако я готов был променять любой пятизвездочный стейк на гамбургер с начинкой из консервированной банки, лишь бы в компании Эш.
Я постарался не думать, как в следующий раз она станет готовить это дерьмо на моей кухне, но мысли все же прорвались. Как Эш будет стоять босиком с растрепанным пучком на макушке. С нахальной улыбкой. Чувствуя себя, как дома. Опасная мысль, но почему-то я не стремился ее развеивать.
Все менялось.
Я начал признавать в Эш сильного противника.
Похоже, она играла в нашу игру лучше меня.
Но как бы ни было заманчиво думать лишь о девушке, которая ворвалась в мой мир, оставляя за собой шлейф из фантиков Starburst, розовых перьев и чертовой дерзости, мне все-таки нужно было сосредоточиться.
И пристыдить Морелли.
Нас поприветствовал метрдотель и провел через оживленный ресторан к столику на восемь персон в углу, прямо у панорамных окон. Однако стульев здесь было лишь шесть. Энтони уже сидел во главе стола, перед ним на столе лежала толстая папка с документами. Головорезы Морелли и двое моих парней встали возле окна по обе стороны от стола. Поблизости – на случай, если понадобятся, – но вне пределов слышимости, чтобы не греть уши во время наших деловых переговоров.
Я сел во главе стола рядом с Энтони, Перри занял место рядом со мной. Лео же решил пристроиться в противоположный конец стола, их адвокат остановился на месте между ним и Энтони. Люциану же осталось сесть за Перри.
Все на местах, как и было рассчитано.
– Джентльмены, – произнес их адвокат, сразу переходя к делу, – сегодня вечером я буду представлять интересы мистера Лео Морелли. Как понимаю, мы собрались здесь, чтобы обсудить сделку по продаже недвижимости.
– Теперь это здание принадлежит мне, – кивнул я ему.
Перри толкнул меня ногой под столом, вероятно, напоминая мне не дразнить их. Впрочем, я лишь отодвинулся от него, поскольку теперь, завладев безраздельным вниманием Морелли, мне требовалось нечто большее, чем пинок Перри, чтобы удержаться от ехидства.
