Я прячусь в тренировках от мыслей, что не дают спокойно спать и расслабиться. До ритуала остается пять дней, но я не чувствую себя готовой. Я думаю о доме и маме постоянно. Но эти мысли уже не приносят того трепета и ожидания, как в самом начале. Я не видела Ланса уже несколько дней, но знаю от Шантры, что он все еще здесь. Погружен в чтение своих книг и ни с кем не разговаривает. Не то что бы ведьмы жаждали завести беседу, но все же он стал еще более замкнутым, чем раньше. Я тогда сбежала от него, ничего не объяснив. Сбежала к другому. Я сотни раз корила себя за это решение. Он не заслужил боли. Извинился, пошел мне на встречу, открылся…а я растоптала его сердце так же, как и он тогда растоптал мое. Но я знаю, что как бы ни заставляла себя, не смогла бы быть с ним. Я предназначена не ему. Уже нет….Не после ритуала связи.
«Ты никогда не будешь думать не о ком другом, кроме меня. Никого не будешь хотеть так сильно, как меня…»
Я вспомнила, что как только поцеловала Ланса у портала, перед глазами вспухнул Аян. Этот красный завораживающий цвет его глаз. Уже тогда, я не принадлежала магу. Еще не встретив демона, я уже была связана с ним. Он являлся мне во снах. И чем ближе я была к нему, тем отчетливее был образ. Я не могла объяснить, как это работало. По каким невероятным и странным законам магии. Но это было так. Аян и я отныне одно целое.
«Почувствовал твою боль…» — сказал он мне вчера. Это было сильнее клятвы у алтаря, и слов — я люблю тебя. И меня по-настоящему пугала это сила нашего с ним единения. Что случится с этими нитями между нашими сердцами, когда я уйду? И насколько это будет больно?
— Эй, людка. О чем задумалась?
— Я…. — только сейчас обращаю внимание на Шантру, которая щурится на солнце, подпирая плечом дерево.
— О демоне мечтаешь?
— Что? Нет! — я тут же краснею, выдавая себя. Кинжал вонзается в дерево, попадая чуть дальше от красной центровой точки мишени.
— Врать так и не научилась, — цокает языком ведьма, подходя ко мне и поправляя руку. Сегодня броски кинжалов забирают все мои силы. Я тяжело дышу, томясь на жаре, с этим чертовым деревом с мишенью. Но моя точность оставляет желать лучшего.
— Я думала о связи. И о том поцелуе, что активировал ее.
— Дело не в поцелуе, — Шэн смотрит на меня как будто на ребенка, отходя к своему прежнему месту. Следит за каждым движением, создавая этим нервоз.
— Очередная игра Нанше? — я удивляюсь с какой легкостью это говорю. Будто и вправду привыкла к такому. Не чувствую раздражения и злости. Похоже, я действительно освоилась в ковене хрустальных холмов.
— Я не знаю ее истинных целей, но поцелуй не способен распечатать связь. Думаю, она просто хотела направить тебя, чтобы создать иллюзию твоего осознанного выбора. Будто не было предназначения, а ты выбрала его сама.
— Тонко. Но фальшиво, — я пожала плечами, замахиваясь. Кинжал снова не попал в красную точку. На лбу выступил пот.
— Больше трехсот лет назад Лаура — человеческая королева, третья ведьма и Карин — нараканка, вторая ведьма обладали этой же связью.
— Демон и человек…. — прошептала я, вспоминая свои видения. А потом черную кровь, которая залила пол храма, когда Ватария перерезала им горло. Они надеялись соединиться в другом мире. Но смогли ли? Меня пробрала дрожь, когда я осознала на какую боль они решились пойти. Видеть смерть друг друга и не знать, встретятся ли снова — худший кошмар.
— Да. Ведьмы любят заключать сделки с Нараканцами.
— Но Нанше сказала, что таково было условие и обещание данное отцу Аяна. Пиру. Откуда он мог знать обо мне?
— Нараканцы живут долго. И Аян не так молод, как ты думаешь. А король Пир, был умен и обладал особым даром. Ариадна как-то сказала мне, что помнит из детства лишь тьму и яркие красные глаза с белыми точками. Аяна она знать еще тогда не могла, но такие глаза, могли быть только у его отца.
— Или его брата.
— Фобос? Они не родные братья.
Я проглотила удивление.
— Значит, ты думаешь, что Ариадна могла быть ребенком связи Пира и ведьмы?
Шантра кивнула, поворачиваясь к дому.
— Свой дар она могла унаследовать только от отца.
— Аян тоже видит будущее?
— Нет. Но провидцы видят не только будущее, но и прошлое. Думаю, Пир видел этот момент и поэтому заключил эту сделку с Нанше, взамен на помощь в войне.
— Но почему? Почему я? Зачем королю связывать своего сына с человеком? — от этих скопившихся вопросов начинала болеть голова, кинжал воткнулся в ствол дерева, не пересекая ни один из кругов мишени. Я откинула волосы со лба, запрокидывая голову.
— Думаю, этого не знает даже Нанше, — Шантра неспешно выдернула кинжал из дерева и снова подала мне. — Представь вместо этой точки, ее лицо.
Я улыбнулась, замахиваясь и расслабляя кисть, как учила Шантра. Бросок вышел точным и быстрым. Прямо в цель.
— Если она об этом узнает… — я не в силах сдержать улыбку, Шэн подмигивает.
— Я не сдам свою ученицу.
Я глотнула воды, чтобы перейти к выпадам. Осталось не так много времени, и я хотела хоть чему-то научиться. Подольше побыть с Шэн. Мне казалось, между нами возникала дружба.
