Да и сам слой чёрных водорослей на глазах опадал и как-то съеживался. Даже каменные перемычки под трясиной стали гораздо заметнее, словно выпуклые рёбра. А над поверхностью Зыби повисла голубоватая дымка, похожая на испарения. Высвобождающаяся водная Ци.
Я обернулся в сторону ксилаев, оставшись на другой стороне. Оба тоже глядели в мою сторону. Шудэрей — как всегда, прямой, будто черенок от лопаты проглотил. Тайфэнь, наоборот, напряжённо сгорбился, подобравшись к самому краю трясины.
— Всё кончено! — выкрикнул я. — Можете потихоньку перебираться сюда.
Сам же я оглянулся в поисках выхода. Судя по этой кольцеобразной каменной арке, сплошь исписанной ксилайскими иероглифами, двери в реликварий должны быть здесь…
Не дожидаясь Тайфэня и Шудэрея, я направился к арке. Тем более что сейчас, в отсутствии других раздражителей, близость хрустального зерна ощущалось почти физически. В течениях Ци я тоже ощущал сильные эманации. Но не возле дверей, а в аккурат в том месте, где находились останки мумии.
А ведь этот гадёныш, похоже, присосался к зерну! Прямо сквозь стену реликвария!
Я был в паре шагов от дверей, когда вдруг сработали невидимые механизмы — видимо, сработала какая-то клавиша под моими ногами. Тяжёлые каменные створки начали со скрежетом раздвигаться. Врата были гораздо больших размеров, чем необходимо — метров пяти в высоту, не меньше, будто предназначены для каких-то великанов. Впрочем, открылись они не на всю ширину, а лишь немного — ровно настолько, чтобы можно было пройти.
Изнутри сочился свет — такой яркий, что поначалу слепил глаза. Я невольно вскинул руку к лицу и, щурясь, сделал ещё несколько шагов. И только тогда разглядел по ту сторону дверей, у самого порога, согбенную фигуру ксилая в светлых одеждах, сидящего прямо на полу, скрестив ноги.
— Мастер Вэй⁈ — выдохнул я.
Старик поднял голову и взглянул на меня своими мутными, слабо светящимися изнутри глазами. За то время, что мы не виделись он, кажется, постарел ещё больше, и сейчас больше напоминал ту самую мумию, что была вмурована в стену рядом с выходом из Лабиринта. Похоже, он был серьёзно ранен — вся его одежда была в бурых пятнах от крови. Правда, уже давно подсохшей.
Окинув меня беглым взглядом, он с заметным облегчением вздохнул.
— Это ты, чужеземец… — проговорил он слабым, срывающимся голосом. — Что ж, значит… всё получилось.
— Кто это был, мастер? — задал Шудэрей главный вопрос, который витал в воздухе с тех пор, как мы добрались до выхода из Лабиринта.
Реликварий представлял собой довольно обширное цилиндрическое помещение, вдоль стены которого поднималась спиралевидная галерея. В стене темнели многочисленные ниши, в которых располагались полки, шкафы, какие-то скульптуры. Пустых мест почти не было, разве что часть ниш была освещена хуже остальных. Похоже, что мастеру Вэю было нелегко ухаживать за таким здоровенным хранилищем. Здесь было пыльно, часть светильников пришла в негодность. Да и в целом это место производило довольно гнетущее впечатление. Полумрак, сырость, тишина, запустение. Только лохмотьев паутины не хватает, да и то только потому, что пауки тут не водятся.
Подниматься мы не спешили — расположились прямо на дне этого стакана, украшенном затейливой мозаикой из кусочков разноцветного отполированного камня. Мозаика изображала типичный для Обители сюжет, связанный со стихией Воды — завихряющиеся морские волны, ксилайские корабли с парусами непривычной формы, подводные чудовища.
Мастер Вэй сидел в самом центре этого зала, мы расположились перед ним, рассевшись полукольцом — я напротив, Шудэрей слева от меня, Тайфэнь — справа. Если бы не, мягко говоря, необычные обстоятельства, это походило бы на обычную аудиенцию у мастера. Но сейчас всё было по-другому. Цзян Вэй уже не походил на мудрого сенсея, перед авторитетом которого все невольно склоняли головы. Наоборот, он был скорее похож на пойманного преступника, представшего перед допросом. Впрочем, даже формально он уже не был главой Обители — с момента, как начались испытания в Морском Лабиринте. До финиша добрались трое из нас, и кто-то один должен занять эту должность. Но это уже следующий вопрос. Сейчас нам не терпелось узнать, что, собственно, происходит.
Старик не торопился с ответом. И дело было не только в том, что он здорово ослаб от ран. За то время, что он прятался в хранилище, он остановил кровь, и угроза для жизни, кажется, отступила. Рассказ дался ему тяжело по иной причине. Похоже, ему было настолько стыдно, что каждое слово причиняло почти физическую боль.
— Его звали Рэнхао Вэй. Он… мой старший брат. Мы вместе росли здесь, на островах. Вместе поступили на обучение в Обитель… И вместе участвовали в Великих Испытаниях. Хотя, говоря откровенно, у меня было мало шансов обойти его.
— И что же случилось?
