Сама Зыбь менялась на глазах. Тот древний ксилай, что управлял ею из Лабиринта, объединял водоросли в единую сеть, насыщенную Ци и передающую югай-ши его команды. Это была питательная среда для взращивания целой армии морских монстров — там они плодились, впитывали Ци, мутировали во всё более сильных духозверей. Сейчас же эта конструкция быстро рассыпалась, превращалась просто в лоскуты чёрных бесформенных водорослей. Следовавшие за боевыми кораблями рыбаки вылавливали их и затаскивали на борт, сколько могли увезти. На берегу их раскладывали на каменистых участках, давая солнцу довершить начатое. Увы, эту пакость даже в качестве удобрений нельзя было использовать — слишком ядовита. Так что план был в том, чтобы высушивать их, а потом сжигать.
Работы предстояло ещё много. Чтобы очистить окрестные воды от плавучих островов Зыби, потребуется, наверное, много недель, а то и месяцев. Но ксилаи взялись за дело с энтузиазмом — наконец-то впереди забрезжила возможность покончить с давней проблемой раз и навсегда.
Я сам целыми днями пропадал в море вместе с Тайфэнем. Помогал в рейдах, а в часы отдыха мы много разговаривали, тренировались и медитировали вместе.
То напряжение, что было между ним и Шудэреем, после заварухи в Морском Лабиринте никуда не делось. Да, Тайфэнь не оспаривал его право на пост главы Обители. Но и старшинство его не признавал. Раскол среди народа Люй Шань только усилился. И та часть местных, что давно мечтала покинуть Каменную корону, потихоньку концентрировалась вокруг нас. И во многом этому способствовали новые слухи обо мне.
Сарафанное радио — великая вещь. Правда, когда я сам услышал некоторые рассказы, то был здорово удивлён. Судя по ним, я в Морском Лабиринте истребил всю нечисть чуть ли не в одиночку. И убийце мастера Вэя отомстил, и первым выход нашёл, но уступил Шудэрею право первым войти в него. И вообще я великий небесный воин, пришествие которого было предсказано тысячу лет назад, и явился специально, чтобы спасти Каменную Корону от всех бед.
Ну, что ж поделать. Я даже знаю, на чьей совести многие из этих неточностей и художественных преувеличений. Братцы Чао и остальная моя маленькая команда в эти дни стали настоящими знаменитостями. Ко мне-то подобраться было непросто — я почти всё время пропадал в море. Вот мои балбесы-ученики и пользовались минутой славы.
Но во всём этом была и положительная сторона. Когда мы только прибыли сюда, мы были кучкой изгоев с очень туманными перспективами. Однако сейчас, сыграв свою роль в судьбе Обители Серебряных Волн — и роль действительно не маленькую — я мог рассчитывать на щедрую награду. И хрустальное зерно было лишь её частью.
На это отплытие «Штормового дракона» собрались посмотреть, кажется, все жители Лунных троп, от мала до велика. Бамбуковые настилы прогибались и потрескивали под весом толпы. Детвора, как всегда, облепила верхние ярусы, чтобы поглазеть на корабль с высоты. Эмоции у всех смешанные — волнение, печаль расставания, надежда, страх перед неизвестностью. Шум толпы — невообразимая смесь из разговоров, смеха, плача, выкриков тех, кто пытается что-то сказать напоследок с берега.
За последнее время случился уже целый ряд событий, всколыхнувших размеренную жизнь Лунных троп. И сегодня — одно из них. «Штормовой дракон» не просто отбывает в очередной рейд по окрестным водам. Он уходит надолго. Возможно, навсегда.
Далеко не всем жителям Каменной короны нравилась та изоляция, в которой они находились в последние годы. Многие хотели покинуть острова, и сейчас, под командованием Тайфэня, несколько десятков из них получили такую возможность.
Как я понял, это была их с Шудэреем договорённость. Новый глава Обители избавлялся от давнего соперника, не желавшего признавать его верховенство. Сам Тайфэнь же получил то, о чём давно мечтал. Свободу. И новые, масштабные цели. С его непоседливым характером ему тесно было на островах, так что это новое плавание для него значило очень многое. Словно вырваться из клетки.
Тут я его прекрасно понимал. Я вообще всё больше убеждался, что мы во многом похожи. Тайфэнь свободолюбивый, упёртый, не признаёт общепринятых авторитетов, не любит идти на компромиссы. Порой слишком самоуверен, даже хвастлив. Впрочем, на это у него есть вполне резонные основания — он действительно настоящий боец, бесстрашный и самоотверженный до фанатизма. А ещё он честен и прямолинеен, тоже порой даже чересчур.
Там, в Лабиринте, я спас ему жизнь, выдернув из объятий Зыби с помощью Серебряного Жала. Правда, он придавал этому гораздо большее значение, чем я сам. Но это не тот случай, когда имеет смысл отпираться и пытаться кого-то переубедить. В конце концов, именно такие преданные единомышленники мне и понадобятся в дальнейшем, чтобы восстановить Кси.
