– Зачем это? – с невинным видом хмыкнула я, – Хотите ещё помучиться в моём обществе?
Глаза старухи расширились.
– Ты ещё о нас услышишь! – процедила она, – Зря ты только рот свой открыла, ох, зря!
И вдруг сделала молниеносный выпад в мою сторону, явно намереваясь выбить из рук хлеб. Я была начеку и вовремя отпрыгнула, случайно наступив на ногу Офелии.
– Ай! Мамочка! Эта тварь сломала мне ногу! – завизжала девица.
– А нечего было ко мне заявляться без спроса! – отбрила я. Матильда окатила меня взглядом, полным лютой злобы и, рявкнув на дочь: “Немедленно к лекарю!”, утащила её прочь.
Я посмотрела им вслед, утерев ладонью лоб.
Ну дела! И что им понадобилось в Шварцвальде? А самое главное, насколько же невовремя они решили заявиться!
Но неприятные сюрпризы на этом даже не думали заканчиваться.
Главная подстава ждала меня впереди!
***
Когда я, запыхавшись, примчалась к лавке, солнце уже поднялось достаточно высоко и даже начало припекать.
Но я тут же забыла про это, как только увидела саму лавку!
Эрнест и его разбойники потрудились на славу.
Вся копоть со стен и двери была тщательно оттёрта, окна поблёскивали свежеотмытыми стёклами, а на подоконник одного кто-то даже поставил кокетливый букетик из полевых цветов в небольшой глиняной вазочке.
Дорожку к лавке расчистили и подмели, а вывеску отчистили и вернули на место. Избавившись от слоя грязи, рогалик теперь сиял аппетитным светло-оранжевым цветом и выглядел очень привлекательно!
Глядя на всё это, я ощутила прилив небывалой благодарности к Грейхаунду.
– Всем разбойникам – по отличной булке за счёт лавки! – расчувствовавшись, пообещала я самой себе и поднялась по ступенькам.
На двери белело уже знакомое мне объявление о состязании. Я аккуратно сняла его и убрала в карман и открыла дверь.
Внутри всё тоже сияло… ну, если не стопроцентной чистотой, то очень близко к этому. Откуда-то даже возникло три небольших столика и несколько стульев, а на прилавке стоял ещё один букетик, на сей раз, из одних только васильков.
– Ну, ребята! – моя радость не знала предела. Я положила хлеб на прилавок и, не выдержав, даже подскочила несколько раз, захлопав в ладоши, – С меня не одна булка, а целых две! Нет, три!
Правда, от следующей мысли моя радость слегка омрачилась.
А если Эрнесту придёт в голову потребовать от меня что-то в обмен на такую услугу?
Что-то, что напрямую связано с тем, что он сказал мне тогда о том, как я ему понравилась?
Только подумав об этом, я с неудовольствием почувствовала, что. в общем-то, эта мысль не вызывает у меня никакого протеста, скорее, даже наоборот…
– Ну хватит! – строго сказала я самой себе, – Держи себя в руках! Ничего лишнего я Эрнесту не позволю, пусть бы он хоть сто лавок для меня отдраил!
– Интересно, – вдруг протянул голос, который я надеялась больше никогда не услышать, – а кто такой этот Эрнест?
Я вскрикнула от неожиданности и резко обернулась.
Около распахнутой двери стоял сам Орландо Рейвенн и, демонически прищурившись, пристально смотрел на меня.
Когда я повернулась, его глаза слегка расширились, и он замер, будто бы впервые увидев Милену.
– Ты что тут делаешь? – гневно спросила я, – И вообще, что это за хоровод Рейвеннов в моей жизни? То Матильда с утра пораньше заявилась с твоей сестричкой, теперь вот ты обвалился на мою голову!
– Значит, госпожа Рейвенн уже нанесла тебе визит, – ничуть не смутившись от моего неприязненного тона, хмыкнул Орландо.
– Скорее, психологическую травму, – пробормотала я и возмутилась:
– Эй! Ты что делаешь?
Не обращая внимания на меня, Орландо шагнул через порог, захлопнул дверь и, повернув ключ в замке, сунул его в карман.
– Так нам никто не помешает, – хладнокровно пояснил он, двинувшись ко мне.
Я тут же отпрянула и прижалась спиной к прилавку. Слепо зашарила рукой за собой, но наткнулась только на глиняную вазочку с васильками.
И то хлеб!
Схватила её и выставила перед собой, как щит.
Рейвенн притормозил и насмешливо посмотрел на получившуюся композицию. Его глаза беззастенчиво ощупывали меня с ног до головы.
– Моя мать и сестра явились в Шварцвальд в качестве организаторов благотворительной ярмарки, – небрежно бросил он, словно делая мне невероятное одолжение, – что-то там, связанное со сбором средств на восстановление затопленной школы.
– Они если только утопят её ещё глубже, – мрачно сказала я, – а тебе чего здесь надо? Сильвия уже надоела?
Впервые в глазах герцога зажёгся нехороший огонёк.
– Я намеревался пробыть здесь пару часов, – процедил он, – сопроводить мать и сестру и отправиться дальше. Но стоило мне явиться в Шварцвальд, то от своих людей я услышал о тебе удивительные вещи.
Не обращая внимания на мои протесты, он подошёл ко мне так близко, что буквально вдавил спиной в прилавок. Опёрся руками по обе стороны от меня, полностью заблокировав любые попытки вывернуться.
Теперь нас разделяла только вазочка.
От его могучего тела шёл такой жар с ароматом лимона и можжевельника, что я чуть не задохнулась.
А самое ужасное, что Милена внутри меня вновь отчаянно потянулась к нему!
Ух, гад!