Дмитрий понял что ему мешало представить его в образе батюшки – хороший английский и в целом впечатление человека, живущего долгое время заграницей.
Благодарно кивнув в ответ, он подумал что соотечественник пожалуй единственный человек помимо Алики, в чьем взгляде не сквозит недоверие или презрение в его сторону.
– Детали мы обсудим с Дмитрием и отцом Алексеем в лично, а теперь позвольте перейти к нашему следующему пункту, – продолжил Йозеф переводя взгляд на запечатанный ящик. – Как вы знаете, в ходе инциденте с братом Мартином часть священных реликвий оказалась осквернена. Благодаря присутствию Дмитрия, у нас появился шанс снять это проклятие.
Сидевшие рядом кардиналы зашептались. – Вы уверены, что это безопасно? – Поинтересовался более молодой кардинал.
– Наши ученые тщательно подготовили все необходимое для ритуала и я ручаюсь вам, что проведу его согласно принятым канонам. Через двадцать шесть минут планеты сойдутся в надлежащую констелляцию. Но разумеется, все желающие могут сейчас же покинуть помещение.
Таковых очевидно не нашлось. У большинства присутствующих горели глаза, видимо история с жезлом была для них также чем-то личным.
Вошедшая пара монахов приподняла ящик и с металлическим скрежетом от гнущихся скоб приоткрыла его крышку. Лежащий внутри предмет был обернут красным бархатом.
Йозеф, поманив к себе Дмитрия, взял его за руку. Дернувшись от неожиданного прикосновения, он поймал ободряющий взгляд Алисы и сделал глубокий вдох. Необходимо подготовиться к тому, что сейчас он снова может потерять над собой контроль.
Монахи бережно достали из ящика обернутый бархатом продолговатый предмет и принялись его разворачивать. Жезл был ровно такой же как и на фотографии. Тонкий и длинный, набалдашник то ли из отшлифованного камня, то ли из темного стекла.
Посматривая на часы, они ждали назначенного времени. В отсветах слабого света, блики на камне жезла стали казаться Дмитрию блуждающими огоньками, живущими внутри своей собственной жизнью и он моргнул, отгоняя наваждение. Йозеф негромко запел на незнакомом языке.
Лишь спустя минуту Дмитрий понял, что это латынь. Непонятные слова складывались в тягучую мелодию и по прошествии короткого времени стали звучать совершенно уместно. Присутствующие люди сосредоточенно внимали словам, склонив головы. Понемногу бывший настоятель набирал темп, явно предаваясь какому-то внутреннему возбуждению. Дмитрий все так же ничего не ощущал и втайне начал надеяться что вся эта затея закончится ничем.
На секунду он уловил взгляд Алики. Девушка смотрела на его с явной тревогой. И вдруг что-то изменилось. Воздух словно стал иным. Он стал ощущать почти осязаемую волну ненависти ко всему вокруг, к собравшимся монахам за столом, а в особенности к глупому старику держащему его за руку.
Сквозь ненависть проступало четкое осознание того что нужно прекратить ритуал. «Недоумок… Стой…» – прошипел он будто вложенные в уста слова, силясь вырвать свою ладонь. Однако Йозеф сдавил ее с неожиданной для его лет силой, зазвучав еще громче. Слова мертвого языка будто повисли в зале, сливаясь в один сплошной гул.
Дмитрий, силясь удерживать разум под своим контролем, уперся взглядом в каменный стол и возможно поэтому вовремя обратил внимание на возникшую там аномалию.
Жезл стал двигаться по столу, мелко подпрыгивая и поворачиваясь из стороны в сторону.
Сидящих за столом это казалось нисколько не тревожило, они даже наклонились ближе. Из сидящих за столом гостей смутное беспокойство выказывал лишь отец Сергей, хмуря брови и периодически переводя взгляд с жезла на Йозефа.
Он и отреагировал первым.
Прерывая последнюю, срывающуюся в визг фразу Йозефа он зарычал «Стой, ирод!» – перетягиваясь через стол. Мгновением спустя ему вторил испуганный возглас Алики – «Дядя, зачем?».
Но было уже поздно. Дмитрий осознал, а скорее клокочущая тень из его разума шепнула ему, что катастрофа неизбежна.
Йозеф замолк, одновременно с взметнувшимся вверх жезлом. Еще в воздухе жезл громко треснул и брызнул осколками черных щепок. От стола послышались растерянные возгласы. Дмитрий обратил внимание, как доктор недоуменно вытирает кровь с щеки, вытаскивая из нее другой рукой тонкий прутик дерева.
Один из кардиналов внезапно закричал и стал выгибаться в спине. Дмитрий интуитивно сделал было к нему шаг, но почувствовал как Йозеф по-прежнему держит его за руку.
