— Ты тоже проходил этот медосмотр? — спросил Иван у мальчика и он в ответ кивнул.
Ваня посмотрел на Михаила, ничем не вмешивающегося в разговор и сказал:
— Забери его к себе еще на одну ночь, я подумаю, что делать и решу завтра.
— Моя сестра тоже в этом детском доме и она как одна из проходивших этот медосмотр едет в парк. — подал голос скрипач Дима, тоже зарядившись беспокойством от мальчика.
— Поедешь с ней. — сказал Ваня.
— Нельзя, говорят, что мне не позволено. — объяснил Дима.
— Во сколько они выезжают?
— В девять. — сказал Толик, перенимая разговор на себя. — Прошу вас, вы должны что-то сделать.
Иван отвернулся от этих молящих глаз с нереальной силой, поскольку ощущал Тень, нависшую над всеми ними, в этот момент и Ваня вошел в эту Тень совершенно случайно. Можно сказать, он оказался не в том месте, словно того не должно было случиться никогда. Но теперь предчувствие беды доставляло большой дискомфорт, от которого следовало непременно избавиться.
— Тогда сделаем так. — решил, наконец, Ваня, — Завтра я заберу тебя, и мы вместе проследим за автобусом, который будет вести детей в парк, а в парке ты подойдешь к сестре в случае надобности. Думаю, в таком случае тебе уже не запретят, а там дальше будет видно.
— Надо что-то делать! — сказал Толик в отчаянии.
Ваня внимательно посмотрел на мальчика. Было очевидно, что теперь не брать во внимание эти странные ощущения, которые вызывал мальчик или нависшая недалеко Тень было бы глупо. Поэтому он пообещал:
— Я сделаю все, что от меня зависит, но я не всесильный, каким ты меня воображаешь. Ступай с Михаилом, завтра к вечеру я за тобой заеду и отвезу назад в детский дом, а пока тебе ничего не угрожает.
Михаил и Толик поднялись с места, забрали свои гитары и медленно пошли вдоль парка. Ваня смотрел им вслед и услышал голос оставшегося рядом на лавке Димы.
— Сестра говорит, что Толик очень необычный, он немного не в себе, но иногда предсказывает события… страшные события.
— Жду тебя завтра здесь на восемь утра. — только и последовал ответ.
Ваня не думал, что должно случиться нечто сверхъестественное, страшное или какая-то неприятная история. Но неприятное предчувствие говорило ему о том, что необходимо в этом убедиться и бросить страхи простого сироты без внимания в этом случае не лучший выход. Хотя какая-то часть его кричала о том, что ему не следует лезть в это дело. Лежа в постели бессонной ночью, он спрашивал себя: что преследовал, какую цель в тот момент, когда вообще связался с Мишей? Иван хотел сделать этот мир хоть немного лучше, так тогда казалось, но был ли он готов к последствиям? Скорее всего, нет…
Такая стабильно развивающаяся жизнь, легкие победы и любовь удивительной девушки к нему делала его баловнем судьбы. Все было хорошо, до этого момента. И Ваня не хотел себе признаваться, что Черный Ворон, который больше не приходил в кошмарах, ибо был заключен на листе бумаге, начал оживать. Но если вначале его создатель хотел сжечь этот рисунок, то теперь ему этого хотелось намного меньше.
Утром он и скрипач Дима тронулись на машине, стараясь не привлекать внимание, за двумя небольшими желтыми автобусами Богданами, везущими детей в парк. Иван чувствовал себя преступником, который боится разоблачения и даже начал мысленно себя ругать, что поддался на страхи этого мальчика Толика. А когда автобусы действительно остановились у городского парка, последние сомнения растаяли — детей просто отвезли развлечься, и очень даже хорошо, что отличники получают такую мотивацию. Хотя зачем сюда ехали дети, которые были далеки от отличников, пока тоже было не ясно…
Ваня припарковался недалеко от этих автобусов и вышел вместе с Димой. Они решили прогуляться к аттракционам, чтобы пронаблюдать за тем, как дети веселятся. Скрипач не сводил глаз со своей сестры, но пока она его не видела и наслаждалась счастьем, внезапно свалившимся на нее. Через минут двадцать Ване стало скучно, и он вспомнил, что ему должен звонить Макс по поводу выставки, которая состоится послезавтра. Телефон он оставил в своем темно-синем Форде, как всегда, поэтому он сообщил Диме, что скоро вернется и направился к машине.
