Дитя преисподней, схватив свободной рукой пострадавший в неравной борьбе с железом орган, захныкала и пообещала настрочить заявление, что ее избили при задержании.
— Нет, ну какова подруга? — Поднял голову один из людей. — Ей грозит ссылка в нижние круги, а она все права качает. Ты бы еще в Страсбургский суд петицию отправила, милочка!
— О, а у нас тут еще один беглец нарисовался!
— Какой улов! — Обрадовался мужчина, являющийся главой всей компании, выходя из-за дома с обнаженным клинком.
— Нет, не надо! — Запищала суккубка, закрывая лапкой лицо. — Я пошутила, я не буду жаловаться!
Бесенок, подтянув короткие ножки к животу, обреченно повис тряпочкой в руке Саэрэя.
Но мужчина, злорадно хмыкнув, вогнал клинок в ножны.
— Лук на потолке обрезал. — Пояснил он. — Полежит рядом с людскими носами — быстрее в чувство придут.
Он залез рукой во внутренний карман, что-то щелкнуло, и перед пойманными загудела энергетическими прутьями магическая клеть.
— Лезем, господа хорошие, не задерживаем отправку! — Предложил он, и выходцы из нижних миров дружно упаковались внутрь.
Оглядев свое воинство, старший инквизитор махнул рукой в сторону раненного человека и тот радостно выдохнул.
— А Вам, господин Сааминьш, спасибо за помощь.
— Там Альеэро Ромьенус тоже одну изловил. Так что осталось две. — Проинформировал Саэрэй.
— Лучше бы они своего дядюшку раньше изловили. И проблем бы не было. А сыну передайте нашу огромную благодарность, когда найдете. — Подмигнул старший.
— Спасибо! — Расцвел Саэрэй. — Он у меня умница, настоящий Сааминьш! Кстати, вы не видели, куда полетела почтовая карета ночью второго дня?
— Нет, извините, Саэрэй. Карету мы не видели. А об Иржи — знаем и следим за его успехами. Талантливый мальчик. Если Вы ему не дадите рекомендации в Академию, дадим мы. Ну, прощайте!
И инквизиторы вместе с клетью растворились в воздухе.
Перед тем, как взлететь, Саэрей передал сообщение Альеэро:
— Рыжий! Тебе осталось всего два суккуба! Разделывайся и догоняй. Ночью пройду перевал в Клан Рысей.
Усевшись на кресло в гостиной дома Тони, Иржи с удовольствием рассматривал новый этюдник и коробку с красками. А еще они купили бумагу, карандаши, акварель и кисти. И вот, с большим наслаждением взяв в руки пишущую палочку, аналог карандаша, он провел по бумаге первую черту. И скоро на разбросанных вокруг листах замелькали такие узнаваемые лица Тони и Йожефа, Мамы Розы и так и не представившегося им курьера. Летели сквозь ночь пегасы и улыбались счастливые Таринка и Вааред.
Вошедший Йожеф бережно подобрал рисунки и аккуратной стопкой сложил на столе.
— Иржи, нам нужно заработать денег.
— Знаю, мой друг, поэтому с утра иду на набережную писать море и на заказ — карандашные портреты.
— Нарисуй мне, пожалуйста, кинжалы и мишень. Когда-то я неплохо метал их в цель. — Фаркаш немного подумал и улыбнулся. — Можешь нарисовать красивую девушку. Поставлю к щиту и буду поражать публику!
— Девушкой или кинжалами?
— Да ну тебя, — надулся Йожеф, но снова заулыбался. — А ты посади рядом с этюдником йонси. Пусть подают ей на пропитание!
Лежавшая рядом Марж фыркнула и вышла на улицу.
— Я лучше тебя посажу. Как ты думаешь, тебе подадут?
— Если только поддадут за попрошайничество!
— Вот, смотри. Такие тебе кинжалы подойдут? — И Иржи показал нарисованный клинок в натуральную величину. — Только учти, они же будут не настоящими. Натуральные все-таки надо ковать, закалять… А это что-то вроде фантомов, только более плотные.
— А в дерево они воткнутся?
— Сейчас сделаем их объемными, попробуешь!
Иржи немного поколдовал над рисунком, и скоро в его руках оказалась пара кинжалов. Потрогав пальцем кромку, он поморщился:
— Тупые!
— Зато красивые и сбалансированные! — Схватил Фаркаш один из фантомов, любуясь узором на «стали» и рукоятью, украшенной камнями. — Пойду, попробую подточить и покидать.
А Иржи схватил очередной лист и стал с любовью выписывать серые глаза, морщины вокруг них, лысый череп и седые брови. Лицо постепенно обретало твердый подбородок, крючковатый нос и жесткие складки у губ.
— Братик… Как ты там без меня? Счастлив ли ты со своей певицей? А меня, непутевого Иржика, хоть изредка вспоминаешь? — Он вздохнул и, положив портрет Берната сверху исписанных листов, вышел из комнаты.
А через некоторое время в гостиную зашел Тони. Усевшись в кресло с газетой и чашкой кофе, он некоторое время изучал объявления о происшествиях. Не найдя ничего, стоящего внимания, он бросил газету. Поглядев в окно и зевнув, он увидел на столе стопку рисунков и потянулся к ним.
— Ай да мальчишка! — С изумлением воскликнул эльф. — Да он рисует лучше нашего придворного художника! Какие смелые штрихи и ни одного неверного!
Он внимательно просмотрел всю стопку от начала до конца и, вытянув несколько рисунков, забрал с собой.
Йожеф, закрепив найденную на заднем дворе доску на дереве, самозабвенно метал нарисованные кинжалы. Удивительно, но они раз за разом поражали вполне реальную цель, впиваясь в нее, словно настоящие. Он кидал с двух рук одновременно, с разворота, через голову и стоя спиной.
