Король милостиво кивнул головой, а Тони отпил налитое вино и поморщился. Уксус, наверное, был слаще. А листики, покрывающие горку вареной фасоли, вызывали в желудке лишь тошнотворные спазмы.
— Эй, — потихоньку позвал он незнакомого слугу. — Принеси стакан чистой воды!
— Отец, — тем временем начал свою речь Тириэл, — у нас в Лесу живет чудесная семья верных и мудрых детей нашего народа. Недавно из паломничества на другой материк возвратился их старший сын, Фэлин. Он говорил, что там кругом леса, прозрачные реки и радостные эльфы, помогающие размножаться даже самому простому цветку! А руководит ими сам Бог Праведный, сошедший на твердь для того, чтобы все могли узнать путь истинный!
— Это тебе говорил Фэлин?
— Да, отец. Он так рассказывал!
— Поверишь ли ты мне, сын, если я скажу, что сравнял долины и горы? А реки, с них текущие, сделал озерами?
Парень неуверенно улыбнулся:
— Ты шутишь?
— Нет.
— Но… мы ничего не почувствовали. Не было ни землетрясения, ни водных бедствий. Все тихо в нашем Лесу.
— Ты на слово поверил эльфу, который отсутствовал в родном краю дольше, чем тебе самому лет. Откуда ты знаешь, где он был и чем занимался?
— Но… у него такая глубоко познавшая заповеди семья!
— А ты спрашивал Лес, можно ли ему верить?
— Нет, мы не спрашивали, но он с таким искренним жаром рассказывал, что не внимать каждому его слову решительно невозможно! Он хочет добра для всех нас!
— А каким образом он предлагает освободить долины от существ, их населяющих?
— Выжечь скопления порока очистительным огнем, и блистающими мечами милосердно освободить их несчастные души от погрязших в заблуждениях тел!
— Истинно! — Загомонил кто-то из гостей.
— А вам не пришло в головы, что они не захотят очищаться? Что они будут драться с вами за свое место под солнцем?
— Тогда мы примем мученическую смерть за наши бессмертные идеалы!
— Вот-вот. Именно, примете. Там, куда вы полезете с мечами, вас встретят маги с горючей смесью и войска с пушками. И в долинах не останется ни травы, ни ручьев, ни деревьев. И еще много-много лет обожженная земля не сможет взрастить ни одного семени.
Этот вопрос на собраниях, видимо, не рассматривался, поскольку Тириэл закрутил головой, оглядываясь на нескольких самоуверенных эльфов.
— Иди сюда, Тириэл! — Приказал отец, и эльф, выйдя из-за стола, подошел к нему. — В этом стакане — напиток Богов. Выпьешь — обретешь бессмертие. Пей!
— Но, — ответил парень, — я не слышал о таком напитке!
— Ты мне не веришь? — Поднял отец бровь.
— Верю, но я…
— А Фэлину, не представившему ни одного доказательства, поверил? — В голосе Короля загрохотала гроза, а над Лесом тревожно зашумела листва.
— Отец, извини, что вмешиваюсь, — наклонился к нему Тонимэл, — похоже, Фэлин владеет магией подчинения. Черной магией. Он опутал ей многих в Оленьей долине.
Король на секунду задумался, а потом встал.
— Обед окончен. А теперь, мои заплутавшие в чужих идеях и собственном эгоизме, братья и сестры, мы пойдем к Первому Древу и припадем к его стопам в поисках Истины!
И, достав из-за ворота серебристой рубахи свисток, сделанный из ветви Священного Дерева, он несколько раз в него дунул. Мелодичная трель дальним эхом мгновенно разнеслась по всем домам, кустам, оврагам и буеракам. И означало это только одно — общий сбор всех жителей у подножия Первого Древа — Родоначальника Светлого Леса.
И, встревоженные этим неожиданным зовом, к Древу-Исполину потянулись обитатели прозрачных лиственных рощ и темных хвойных чащоб. Мелкие ручейки спешащих эльфов сливались в небольшие речки и дружно вытекали на священную круглую поляну, окружавшую патриарха. Под его могучей кроной никогда не убирался осенний опад. Листья осыпались серебристым ковром, а на ветвях тут же набухали новые молодые почки. Однако, гнили и прели здесь не было. Тая, словно первый, еще нестойкий осенний ледок, они медленно уходили в землю, а невысокая голубая травка прорастала сквозь их паутинную прозрачность.
Король отделился от свиты и, подойдя к дереву, положил на его мощный ствол обе руки. Эльфы, окружившие поляну, сомкнулись за его спиной плотным кольцом. Его Величество сделал еще шаг и прислонился лбом к плотной шершавой коре.
— Здравствуй, Отец наш! — Проговорил он тихо. — Страшные дела происходят на этой земле. В мир снова явились даймоны. В тот раз Боги уберегли твой народ от истребления, а теперь мы здесь заперты, и я не знаю, возможен ли выход… А если возможен, то насколько тяжелым будет искупление. Думал я, по скудости ума, что обойдет беда стороной наш Лес. Но, вернувшись с собрания Глав Кланов, я услышал, что мой родной сын более меня почитает эльфа, рассказами о мерзких делах которого полнится воздух. И глупые идеи, брошенные в благодатную почву скудоумия, уже дали первые всходы в некоторых, далеких от жизненных реалий, головах. Помоги Отец, заблудшим детям своим! Покажи нам путь истинный! Обрати страждущие света сердца к сиянию Вечных Чертогов, ниспошли нам знание и веру! Зажги наши души надеждой на будущее и успокой мятущиеся умы Любовью Твоею Вечной!
