— Нужно иметь своих людей на всех уровнях, сынок, запомни. И желательно держать их в ежовых рукавицах, чтобы не было соблазна предать, — Логан смотрит на сына и тот кивает, мол, конечно, я понимаю. Глупо было бы, ведь Тео все прекрасно знает, поэтому и спрятал мать в Таиланде. — Этот хакер хорош, покопался в личных делах сотрудников, нашел, что искал, и так же незаметно ушел. Эти олухи даже сделать ничего не могут, хотя это теперь передадут в отдел киберпреступлений, но и они долго будут искать. Очень долго.
— И кого искал хакер? — Тео откладывает бумаги и по примеру отца выходит из-за стола, становясь рядом. Вид из окон офиса открывается потрясающий, но он бы чувствовал себя спокойнее, находясь ближе к земле: тут нет путей к отступлению.
— Некоего Фреда Мура, — Большой босс задумчиво сжимает губы, — ни о чем не говорит?
— Нет, а должно? При Дэйве я имел дело только с несколькими детективами, а какими-то серьезными вопросами занимался Итан. Шарк, в смысле, — исправляет себя Тео.
— Вот именно, сынок, вот именно. Не думал я, что пригрею так близко к сердцу гадюку, но, как видно, полагаться на все сто процентов можно лишь на себя. Тео, в нашем деле, если хочешь быть живым, у тебя никого не должно быть, понимаешь? Люди будут желать тебе смерти, стремиться лишить всего, и только мне ты можешь доверять. Надеюсь, я тоже могу не беспокоиться, что ты вонзишь мне нож в спину.
— Отец, — внутри у Тео будто что-то скручивается, но его роль — примерный сын и наследник, — у меня никого нет, кроме тебя. Мама, как ты знаешь, отреклась от сына, когда я рассказал про желание узнать отца лучше…
— Но у тебя был друг, — Логан поворачивает голову к Уокеру, — вопрос, конечно, уже решенный, и надо подумать, как наказать предателя…
— О чем ты?
— Шарк, то есть Итан Рид, оказывается, полицейский… Жаль, хороший был малый, мог далеко пойти.
— Что? Не может быть, — Тео даже отшатывается назад, словно его током ударило, — он в банде был дольше меня, пришел в синдикат раньше, да и столько лет служил тебе.
— Может, — Большой босс смеется, — ты еще не знаешь, кто его отец. Но об этом, если хочешь, можешь спросить лично у него. И я напоминаю, придать могут все. Где та девчонка, что вилась рядом? Она связалась с этой семейкой и сбежала! А друг? Друг, оказывается, вонючий легавый, сливающий информацию своему папаше.
— Я хочу поговорить с Итаном, — чеканит Тео, мертвенно побледнев.
— Не думаю, что теперь он будет юлить и не договаривать, — директор Росс отходит к столу и отрывает листок из ежедневника, записывая что-то на нем. — Держи, предателя привезли сюда. Думается, для него будет честью, если именно ты, бывший друг, решишь его вопрос.
Уокеру не надо говорить, что имеет в виду его отец под «решить вопрос», поэтому он забирает записку и удаляется.
В голове не укладывается, что Итан — коп под прикрытием. Тео скуривает несколько сигарет, прежде чем заходит в обшарпанное здание. Как такое возможно? Итан Рид — ребенок улиц. У него рано умерла мать, а за ней и отец. Итан — сирота. Каким образом он может быть сыном большой шишки в полицейском управлении? Тео начинает казаться, что это снова происки Большого босса, ведь не зря сегодня снова прозвучала проповедь «не доверяй никому, кроме меня», и парень рад, что Роберт вывез Вэнди из страны, — теперь она была в относительной безопасности. Однако стоит только посмотреть в виноватые глаза Итана, все надежды осыпаются прахом под ноги.
— Я ждал тебя, — Риду разбили лицо в кровь, связали и подвесили за руки к крюкам на потолке так, чтобы он стоял на ногах или безвольно висел. — Я не предатель.
— Ты не коп? — Тео сжимает и разжимает кулаки.
— Я… — Итан сглатывает. — В наших кругах информация расходится слишком быстро.
— Ты коп или нет, отвечай!
— Коп.
— Пиздец, все это время… Столько лет! Двуличная тварь! — Уокер подлетает к пленнику и хватает его за грудки. — Это ты сливал инфу, это из-за тебя убили собачника…
— В его смерти я не виновен, — сипит Итан и задыхается, получив удар в живот. Он корчится и сплевывает кровь, когда может поднять голову. — Он сам виноват. То, что рассказывали парни — правда. Это он связался с подчиненными моего отца…
— Отец… Прикидывался сиротой, поддакивал насчет избавления от кабалы… А Дженни знает правду о тебе? — Тео хватает одного взгляда, чтобы понять. — Конечно, знает. Это я был глупцом, верил… И план мой поддерживал, чтобы потом сдать папаше…
— Я не хотел ничего такого! — Рид дергается вперед, но сразу же оседает, потому что вновь получает удар.
— Молись, Итан, умереть безболезненно, потому что отец не щадит.
— Защити Дженни. Отошли ее куда-нибудь, прошу! — это последнее, что слышит Тео перед тем, как оказывается на улице. Он думает, что не должен ничего бывшему другу, но все же кивает: Дженни лишь жертва обстоятельств, поэтому последнюю просьбу Итана может исполнить.
