Потому что Леша значил для Громова гораздо больше, чем я.
И даже узнав, что случилось с Орловым, я не чувствовала к нему ни капли сочувствия. По крайней мере сейчас…
Леша потерял мать и забрал у меня Данила.
Я хотела его ненавидеть, но…
Это было неправильно, не после всего, что он пережил. Хотя бы из элементарного уважения к нему, как к человеку.
Он ведь и не виноват в том, что произошло между мной и Данилом. Это всего лишь злая шутка судьбы, приведшая нас к тому, что мы теперь имеем.
Но всякий раз, когда я видела ужасныешрамы на своих ладонях, я вспоминала боль, которую я испытывала в одиночестве, как теперь оказалось, не из-за Данила, а из-за Орлова. А оттого в душу закрадывалась обида вперемешку со страхом, что Данил снова мог бросить меня, променяв на своего лучшего друга.
С трудом разжав пальцы, я опустила взгляд на свои руки, на свежие лунки от ногтей, а затем сделала глубокий вдох и, развернувшись, направилась к Ульяне.
— А где книги? — спросила она, когда я возвратилась с пустыми руками.
— Не нашла, — пробормотала я, вспоминая, что нашла вместо них. — Вот, держи. Я одолжу тебе свои конспекты.
— Ух ты, как будто это облегчит мою подготовку, — язвительно пробормотала Уля себе под нос. — Ты же знаешь, я не люблю читать записи, написанные от руки.
— Как хочешь…
Стоило мне это сказать, как она молниеносно выхватила протянутую мною тетрадь и прижала ее к груди.
— Нет-нет, я возьму. Лучше ведь немного пострадать, чем завалить экзамен, верно?
Пара через два столика от нас снова разразилась тихим смехом и я шумно выдохнула через нос, успокаивая свои ни к черту расшатанные нервы.
Стараясь не обращать внимания на ноющую боль в груди, я пододвинула к себе ноутбук, но не успела вернуться к подготовке, как на столе завибрировал мой телефон. Я уже собралась проигнорировать его, как он завибрировал снова.
И снова.
И еще раз.
Я сделала глубокий, успокаивающий вдох.
А затем всё же взяла телефон в руки.
POV Даня
Я отвернулся от окна, услышав звук открывшейся двери, и увидел Таню, вошедшую в пустую аудиторию и аккуратно закрывшую за собой дверь.
Оперевшись о подоконник, я ухмыльнулся ей и помахал рукой.
Она не помахала в ответ и не улыбнулась. Более того, она выглядела так, будто хотела убить меня.
Блять.
Может, не стоило заваливать ее таким количеством сообщений?
— Ты вообще учишься, Громов? — выпалила Таня, как только оказалась передо мной.
Я ухмыльнулся и, обвив ее талию, притянул к себе.
— Я соскучился.
— Мы виделись сегодня утром, — мгновенно ответила она. — И тебе не нужно было присылать мне миллион сообщений.
Блять, я оказался прав. Мне действительно не стоило этого делать.
Очевидно, моя девушка и без моих сообщений была в плохом настроении, а я только усугубил это дело.
А это, как я знал, не сулило ничего хорошего.
— Таня… — начал я. — Моя малышка…
— Громов, никакая я тебе не малышка.
— Ты знаешь, как мне тяжело держаться от тебя на расстоянии? — продолжил я, погладив ее по щеке.
Она отмахнулась от моей ладони и скрестила руки на груди.
— Я занята.
— Ты всегда занята, — невесело парировал я.
— У меня, в отличие от некоторых, есть обязанности, — сказала она в свое оправдание.
— Ты думаешь, я не знаю об этом? — проворчал я. — Ты староста группы, представитель универа и студенческого совета, и это не говоря уже о твоей учебе и семейных обязанностях… Как, блять, ты вообще сможешь вписать меня в свой плотный график?
Таня долго изучала меня, а я не имел ни малейшего понятия, о чем она сейчас думала.
Затем она оторвала взгляд от моего лица и тихо пробормотала:
— Ты прав. Мне очень жаль. Прости.
Я нахмурился и поморщился.
Твою же…
Я не хотел, чтобы она чувствовала себя виноватой. Я вообще ни этого добивался.
Притянув ее к себе и крепко обняв, я прошептал ей на ухо:
— Я не собирался заставлять тебя жалеть, Таня. Я знаю, что тебе нужно время, чтобы разобраться с нами. Это я должен извиняться за то, что я такой нетерпеливый осел. Мое единственное оправдание в том, что я просто очень люблю тебя и хочу быть с тобой все время. Мы, итак, упустили очень много времени.
Таня долго молчала и ее молчание разъедало меня изнутри, с каждой пройденной секундой сжирая все больше площади моего нутра.
Наконец, я почувствовал, как она вздохнула и ее руки обвились вокруг моей талии.
— Пятница, — пробормотала она. — В пятницу после универа. Давай встретимся.
У меня отвисла челюсть и я невольно отстранился назад.
Что…?
Таня только что пригласила меня на свидание?
Мой пристальный взгляд остановился на ее лице, ее плотно сжатых губах и… раскрасневшихся щеках.
Неужели она покраснела?
Медленно я приблизился к ней и дотронулся до ее розовых щек своими руками, отчего Таня инстинктивно приоткрыла губы.
— Ты ведь это серьезно? — спросил я, пытаясь подавить свое волнение.
— Да, — кивнула она, выглядя смущенной.
— И ты не дашь заднюю?
— Ну, если ты не хочешь, тогда…
— Принцесса, — чуть раздраженно прорычал я.
— Да, — сказала она в отчаянии. — Я не дам заднюю.
— Эй, не такую реакцию я ждал, — недовольно заметил я. — Ну же. Я хочу увидеть, как моя девушка улыбается. Давай. Улыбнись мне.
