Но прежде чем я успела что-либо сказать в ответ, Ксюша внезапно встала между нами, явно желая прекратитьнашу начавшуюся из-за нее ссору. Она стояла ко мне спиной, поэтому я не могла видеть выражения ее лица, но по ее писклявому голосу могла понять, что она была напугана.
— Я не смогу прийти на твою вечеринку, — пролепетала она Ульяне.
Уля в последний раз нахмурилась, а затем перевела взгляд на дрожащую перед собой девушку. Вздохнув, она положила руки на бедра.
— Ксюш, тебе нужно чаще выходить в люди. Хватит сидеть в четырех стенах, — ответила она раздраженным голосом.
— Уля, как бы мне ни хотелось пойти, я действительно не могу. Мы выезжаем завтра в четыре утра, помнишь? А у меня еще даже сумка не собрана. Я не могу.
— А-а-а, точно… — пробормотала она. — Я совсем забыла.
Ульяна выглядела такой расстроенной, что я почувствовала, как во мне вспыхнула ревность.
Значит, она так сильно хотела, чтобы Ксюша пришла на ее вечеринку, да?
— Я тоже не смогу, — тут же заявила я, скрестив руки на груди.
И если раньше Ульяна выглядела подавленной отказом Ксюши, то теперь ее выражение лица было таким, словно я только что влепила ей пощечину.
— Что? — взвыла она. — Но почему?
— Я занята, — даже не солгала я.
Я испытала садистское удовольствие, увидев ее удрученное выражение лица.
Затем это удовольствие сменилось чувством вины, когда я поняла, что выставила себя ужасным человеком и такой себе подругой.
Я заметила, что Ксюша пристально смотрела на меня, нахмурив брови, словно пыталась что-то понять. Когда наши взгляды встретились, она кашлянула и отвела взгляд.
Какого черта она на меня уставилась?
— Это отстой, это полный отстой! — заныла Уля, начав вышагивать перед нами, понуро опустив голову в пол. — Что толку устраивать вечеринку, если на ней не будет моих лучших подруг?!
Я перевела взгляд на Ксюшу, когда услышала от Ульяны “моих лучших подруг”. Должно быть, мое выражение лица испугало ее, потому как она побледнела прямо на глазах.
Уля продолжала что-то уныло бормотать, когда я всё же соизволила сжалиться:
— Ладно, ладно! — прервала я ее тираду, увидев, как много людей смотрели на нас. — Я пойду на твою дурацкую вечеринку.
Ульяна так резко повернулась ко мне, что ее распущенные волосы рассекли воздух.
— Правда? — спросила она, подперев подбородок руками.
— Да, — ответила я. — Но я не останусь на всю ночь. Ты же не против?
— Я согласна со всем, лишь бы ты только пришла, — взволнованно сказала она, обхватив меня руками. — Ты самая лучшая на свете!
Это было мелочно, но я самодовольно улыбнулась Ксюше. Она выглядела немного раздраженной, когда тихо попрощалась со мной и Ульяной, прежде чем пошагать прочь от нас. Уля выпустила меня захвата своих рук только для того, чтобы прокричать Ксюше вслед, что она теперь должна загладить перед ней свою вину за то, что не придет на ее вечеринку. И, возможно, это было проделкой моего воображения, но Ксюша, казалось, ускорила шаг.
Пока Ульяна занималась приглашением других людей, я достала из сумки телефон, намереваясь написать Данилу. Он будет явно разочарован переносом времени нашей встречи, в общем-то, как и я. Но ничего не поделаешь.
“Ульяна пригласила меня на свою вечеринку сегодня вечером,” — написала я Данилу.
Ему не потребовалось и минуты, чтобы ответить:
“И? Ты собираешься пойти?”
“Я уже сказал ей — да.”
“Ты же сказала, что не дашь заднюю.”
“Я и не говорю, что не встречусь с тобой. Я останусь на ее вечеринке только до восьми.”
“Обещаешь?”
“Обещаю. Приедешь за мной? Я напишу тебе адрес позже.”
“Хорошо. Я пока потусуюсь с парнями. Но, пожалуйста, не затягивай. И напиши мне, когда тебя нужно будет забрать. Люблю тебя.”
Я вздохнула и несколько раз перечитала слова, которыми он завершил нашу переписку.
Это было так непривычно, так ново, так радостно и больно одновременно.
Когда рядом со мной оказалась Ульяна, любящая совать свой любопытный нос в чужие дела, я быстро выключила телефон и торопливо сунула его в сумку.
— С кем переписывалась? — спросила она.
— Ни с кем, — тут же ответила я. — Идем?
Уля усмехнулась и согласно кивнула:
— Идем.
POV Даня
Ночь покера с друзьями прошла довольно неплохо.
Я проиграл всего несколько десятком тысяч, благодаря Лехе и Владу. Череп, с другой стороны, проиграл по меньшей мере сотку и был явно не в восторге от этого.
Но была у меня еще большая причина для огорчения.
А именно внезапная мрачность Орлова и его упрямство, из-за которого я так и хотел придушить его.
Леха весь вечер провел в задумчивости, а когда я спросил его об этом, то был послан в долгое пешее. В общем, мне в очередной раз сказали не лезть не в свое дело. Он всегда так говорил, всегда требовал, чтобы я отстал от него и ушел заниматься своими делами. И меня всегда выводило из себя, когда он так поступал.
Мы были друзьями. Лучшими друзьями. Но, черт возьми, он продолжал относиться ко мне, как к пустому месту.
Вечер начался дерьмово и оставил меня в дерьмовом настроении.
Но я знал, что лучшая часть вечера ждала меня впереди.
А всё потому, что я наконец-то снова буду с Таней.
