Я усмехнулся про себя, припарковав машину у автобусной остановки, к которой меня попросила подъехать Таня. Выглянув в окно, на зимний темный вечер с легким снегопадом, я подумал, что ждать ее придется долго, тем более с учетом, что она задержалась на вечеринке почти на час, не имея возможности уйти. Но тут открылась дверь и Принцесса торопливо скользнула на пассажирское сиденье.
— Я как раз собирался написать тебе, что подъехал, — сказал я ей, наклоняясь для поцелуя.
Таня несколько секунд потворствовала мне, а после всё же оттолкнула меня.
— Я сбежала, — призналась она с немного тяжелым дыхание. И правда, бежала. — Ульяна начала заставлять всех петь с ней караоке, вот мне и удалось незаметно улизнуть.
Была во всем этом одна странность, на которую я никак не мог не обратить своего внимания. А потому, собственноручно пристегнув свою Принцессу, я откинулся на спинку сиденья, завел машину и решил перейти к волнующему меня вопросу:
— Ты говорила, что тебя пригласили на вечеринку, — сказал я.
— Ну да.
— Тогда почему ты не пьяна? — непонимающе спросил я, не почувствовав на ее губах вкуса алкоголя.
Таня издала смешок, из-за которого я бросил на нее вопросительный взгляд.
— Что?
Она покачала головой и спросила в ответ:
— Ты вообще слышал что-нибудь о вечеринках Ульяны?
— Не уверен.
— Это не те вечеринки, на которые ходишь ты, Данил.
— Звучит скучно, — заметил я.
Таня хлопнула меня по плечу.
— Ты никогда не был на ее вечеринке. Как ты можешь говорить, что они скучные?
— Много народу было?
— Да, — сказала она. — И к твоему сведению, ее вечеринки знамениты. Даже эксклюзивны. Приглашения на них — мечта для многих, за него убить готовы, и это без наличия там хоть капли алкоголя. Если вам нечем зацепить людей, кроме как выпивкой, — вот что скучно, не так ли? Вам бы поучиться у нее устраивать вечеринки, — с дерзкой ухмылкой заявила она.
Подождите.
Возможно, я слышал о вечеринках Ульяны. Была у меня в прошлом году девушка, чьей имени я уже, разумеется, не помнил, но с которой нас неоднократно объединял бурный секс. Помнится, она всё время ныла, что никак не могла получить приглашения на эту знаменитую вечеринку.
И Череп тоже, возможно, рассказывал мне, а возможно, и нет, о том, как она устраивала трезвые вечеринки и при этом собирала кучу народа, вызывая его открытое недоумение.
Я перевел взгляд с дороги на Таню. И к моему разочарованию, на ней было не платье, а красный топ и обтягивающие джинсы. А ее прямые черные волосы были убраны в аккуратный высокий хвост. Мне так и хотелось стянуть с нее резинку, потому что мне нравилось перебирать пальцами ее шелковистые волосы, нравилось видеть ее с распущенными волосами.
— Не отвлекайся от дороги, Громов, — проговорила она и я, усмехнувшись, повиновался приказу своей Принцессы. — Не хватало нам еще разбиться из-за тебя. И, пожалуйста, сбавь скорость.
Я подавил глубокий вздох, сбавляя скорость, хотя и ехал не слишком быстро, но, конечно, моя прекрасная девушка, как всегда, нашла повод для замечания.
— Я осторожен, Таня, — ответил я заверяющим тоном.
— Кстати, это новая машина? Если бы я случайно не разглядела тебя за рулем, то даже бы не обратила внимание на нее, — пробормотала она, оглядываясь салон.
— Нет. Она у меня уже давно. Но я впервые за рулем.
— Имей в виду — я не сяду в ту твоюгрязнуюмашину.
Да я бы и сам не позволил ей сесть в нее.
Вместе с той тачкой я пережил немало приятных воспоминаний.
Это был первый автомобиль, который подарил мне отец.
Эта машина хранила в себе кучу воспоминаний о сексе как внутри, так и снаружи. Вот, что имела в виду Таня, говоря о моей “грязной” машине.
А что если…?
Если выбросить этот хлам на свалку? Избавиться от нее, как отсимвола своей прошлой жизни с кучей блядей. А что, неплохая идея. Даже Таня оценит такой жест.
— А как ты думаешь, почему я взял именно эту тачку? — ответил я ей с усмешкой.
Таня фыркнула и отвернулась к окну, а я, остановившись на светофоре, взял ее руку и поднес тыльную сторону ее ладони к своим губам, запечатлевая долгий поцелуй на костяшках пальцев. Я видел, что она изо всех сил старалась сохранить самообладание, но по подрагивающим губам понимал, что ее броня начала давать серьезную трещину.
Вернув внимание к дорожному движению, я спросил ее:
— Так, чем ты хочешь заняться, когда доберемся до моего дома? И, кстати, мое предложение — отвезти тебя куда-нибудь, — еще остается в силе.
— Нет, — покачала она головой. — Я не могу так рисковать. А если нас кто-нибудь увидит. Во всяком случае, пока я не готова к этому, — сказала она, бросив на меня извиняющийся взгляд, на что я понимающе кивнул. — Твоих же родителей нет дома, да?
Я по-хулигански ухмыльнулся и открыл рот, чтобы заговорить, но она перебила меня грозным предупреждением.
— Даже не думай об этом, Громов.
Смеясь, я поцеловал ее руку, но ничего не сказал на этот счет и вернулся к прошлому вопросу:
— Так чем ты хочешь заняться? У меня всё еще стоит бильярдный стол, можем поиграть. Или можем посмотреть кино.
