Мои щеки заалели от радости, когда она наконец отпустила меня. Она открыла было рот, чтобы еще разок поворчать на меня, но ее прервал громкий взрыв. Мы подняли глаза на небо и увидели тот самый фейерверк, взрывающийся каждые несколько секунд. На этом наш разговор подошел к концу, впрочем, как и мое присутствие на вечеринке, потому что после этого Леша сразу же отвез меня домой.
Спустя несколько дней я оказалась в затруднительном положении.
С тех пор я не училась, просто не могла. Я то и дело отвлекалась на Лешу. Теперь зная, что он мог делать своими руками и ртом. И я хотела большего. Не помогало и то, что он вел себя как обычно, порою даже холодно.
Поэтому, когда я поняла, что сделала и чего не сделала, я стала умолять Таню помочь мне с учебой. К счастью, она не стала причитать о своей правоте и просто согласилась. До тех пор, пока я буду выполнять ее условия.
А в эти условия входило не видеться с Лешей, кроме тех случаев, когда он забирал меня в универ и во время обеденного перерыва, и то не всегда.
Это условие показалось мне несколько чрезмерным, но я все равно согласилась. А Леша не возразил против ее условий, что меня слегка огорчило.
В любом случае, мы сможем проводить время вместе, когда закроем сессию. А зная, что мы с родителями не сможем поехать к бабушке и дедушке на новогодние каникулы, потому что у папы и мамы на работе появился большой проект, я была практически на седьмом небе от счастья.
Ведь это означало, что смогу провести каникулы с Лешей. И, возможно, закончить то, что мы начали у Черепа.
Боже, я была извращенкой. Но, кажется, я была готова с этим смириться.
Покачав головой, я толкнула Таню плечом и обратилась к ней:
— Тань, я не понимаю эту часть.
— Какую? — спросила она, заглянув в учебник.
— Вот эту, — я указал на страницу. — Я вообще ее не понимаю. Ее нельзя пропустить?
— Неа, тебе надо это выучить. Это будет на зачете.
— Серьезно? — на выдохе спросила я и покосилась на страницу, пытаясь выучить параграф, прежде чем полностью сдаться. — Но это же так много и непонятно!
Закатив глаза, Таня взяла карандаш и обвела им нужные мне абзацы, как когда-то делал Леша.
— Тебе просто нужно понять самые важные части, — пробормотала она. — Если бы ты сосредоточилась на учебе, а не читала свои романы и не мечтала…
Она продолжала ворчать на меня, а я снова уплыла в свои фантазии о Леше.
Я не могла дождаться, когда наступят каникулы.
36.2. Я полюбила чудовище
Я проснулась от того, что машина Леши наехала на большую яму.
Дважды моргнув, я выпрямилась и выглянула в окно, гадая, где мы находились.
После пар, страстно желая побыть с Лешей, я наполовину шла, наполовину бежала из аудитории ему навстречу. Теперь мы были в его машине, направляясь в неизвестном направлении, которое он никак не раскрыл, сказав лишь, что хочет мне что-то показать. Утомленная недельным недосыпом, накопившимся стрессом и давлением из-за сессии, я задремала.
Но как долго я спала?
Мы с Лешей находились в непонятном месте, похожем на промышленную зону со складскими помещениями и хранилищами.
На улицах не было людей, но время от времени мимо нас проезжали грузовики. Солнце уже начало садиться, а большинство уличных фонарей перегорели или вовсе были сломаны. Я не понимала, зачем Леша взял меня сюда. Это место выглядело жутко.
— Леш, где мы? — спросила я, прикусив нижнюю губу от волнения.
Он не ответил и свернул в узкий переулок между двумя мрачными зданиями. Припарковавшись возле огромного склада за высоким забором, Леша вышел, а я последовала за ним на улицу.
— Леш? — снова позвала я его, но он продолжал молчать. — Зачем мы здесь? — спросила я под давлением паники.
Он пристально уставился на меня. Тихий испуганный голосок в глубине моего сознания предупредил меня, что что-то было не так. Его глаза были пустыми, а лицо ничего не выражало.
Я перевела взгляд с него на склад за его спиной. Он был большим и выглядел зловеще. Мрачный цвет, раздвижные ворота, через которые с легкостью мог проехать грузовик, ржавая, как и весь забор, калитка, фонарь, висевший над воротами, часто мерцающий, громко жужжащий и делающий обстановку еще более жуткой.
— Я кое о чем подумал, — заговорил Леша и мой взгляд вернулся к нему. — Я уже многое рассказал тебе о себе. Даже о своей семьей.
— Ну, да… — я замялась, не понимая, к чему он клонил.
— И однажды ты сказала Дане, что хотела бы, чтобы я впустил тебя в свою жизнь, — он взял мою руку и сжал ее. — И я решил впустить тебя, Ксюша. Я решил быть с тобой честен.
От дурного предчувствия волоски на моих руках встали дыбом.
Эти слова должны были прозвучать как музыка для моих ушей.
Но почему мое сердце бешено колотилось о грудную клетку?
Почему мне было так страшно?
Он не стал дожидаться ответа, вместо этого он потянул меня к складу и распахнул ржавую ограду. Внутри были припаркованы машины. Среди них была машина Черепа и незнакомый мне грузовик.
Проблеск света пробился из щелки металлической двери, ведущей внутрь склада. Когда мы приблизились к ней, до моих ушей донесся звук, от которого я перестала дышать.
