Представьте себе: на месте бывшей свалки раскинулся сказочный сад. Деревья с золотистыми листьями, клумбы с цветами всех цветов радуги, фонтаны с кристально чистой водой. А в центре всего этого великолепия — статуя Шиго в образе богини природы, выполненная из какого-то материала, который мягко светился изнутри зеленоватым светом.
Вокруг статуи толпились влюбленные парочки, которые фотографировались на фоне светящейся богини. Молодожены позировали, держась за руки. Подростки делали селфи. Даже пожилые супруги, прожившие вместе полвека, робко просили прохожих сфотографировать их у «памятника настоящей любви», как уже окрестили статую горожане.
Я, честно говоря, сам охренел от результата. Прихвостни явно превзошли самих себя.
— Дрю, — тихо сказала подошедшая Шиго, — это… это невероятно.
— Нравится?
— Нравится?! — она развернулась ко мне с горящими глазами. — Это самая безумная, самая прекрасная, самая абсурдная вещь, которую я когда-либо видела! Но зачем ты… зачем МОЯ статуя?
Я взял ее за руки:
— Потому что ты научила злодея быть добрым. Потому что без тебя все это было бы просто хулиганством, а с тобой стало… — я запнулся, подбирая слова.
— Стало чем?
— Любовью. Любовью к тебе и к этому сумасшедшему миру.
Знаете, есть моменты, когда даже самый циничный человек понимает, что жизнь может быть прекрасной. Этот момент был именно таким. Шиго смотрела на меня широко раскрытыми глазами, а вокруг нас цвели невозможные цветы, и дети смеялись, бегая по траве, которая еще вчера была мусорной свалкой.
— Дрю… — начала было Шиго, но тут раздался рев моторов.
Бульдозеры появились словно из ниоткуда. Целая колонна тяжелой техники с логотипами «МегаХем Корп», «Токсик Индастриз» и прочих участников Коалиции промышленников. Впереди ехал грузовик с громкоговорителем, из которого неслось:
— ВНИМАНИЕ! ПО РЕШЕНИЮ ГОРОДСКОГО СОВЕТА И ТРЕБОВАНИЮ КОАЛИЦИИ ЗАЩИТЫ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ИНТЕРЕСОВ ДАННАЯ ТЕРРИТОРИЯ ПОДЛЕЖИТ НЕМЕДЛЕННОЙ ЗАЧИСТКЕ ОТ НЕЗАКОННЫХ НАСАЖДЕНИЙ!
Толпа зевак заволновалась. Дети, которые секунду назад весело играли между клумб, испуганно жались к родителям. Пожилые люди, многие из которых впервые за годы увидели в своем промышленном районе что-то красивое, растерянно переглядывались. Старушка в потертом пальто тихо всхлипывала, глядя на приближающиеся бульдозеры: «Господи, неужели и это отберут? Единственную красоту в нашем районе…» Дедушка рядом с ней сжимал кулаки: «Сорок лет здесь живу, сорок лет на серые стены смотрю, а тут наконец-то цветочки… И даже это нельзя?»
— НА ОСНОВАНИИ ЧРЕЗВЫЧАЙНОГО ПОСТАНОВЛЕНИЯ НОМЕР 666… — продолжал громкоговоритель.
— Шестьсот шестьдесят шесть? — фыркнул я. — Серьезно? Им не хватило фантазии придумать более оригинальный номер? Или они действительно считают себя силами зла? Какая ирония — настоящие злодеи используют номер дьявола для борьбы с цветочками.
Но было не до шуток. Первый бульдозер уже начал наезжать на клумбу с детской площадкой. Маленькая девочка лет пяти, которая строила куличики в песочнице среди тюльпанов, заплакала.
И тут случилось то, чего я не ожидал.
Между бульдозером и детской площадкой встала Ким Поссибл.
Она появилась как всегда внезапно — видимо, спрыгнула с вертолета. Рыжие волосы развевались на ветру, зеленые глаза горели решимостью. Но на этот раз она была не одна. За ней стояли несколько человек в форме спецназа.
— Стоп! — крикнула Ким, поднимая руку.
Бульдозер остановился в полуметре от нее.
— Мисс Поссибл! — обрадованно завопил через громкоговоритель какой-то чиновник. — Отлично! Арестуйте эко-террориста и уберитесь с дороги! У нас тут санитарная зачистка!
Ким медленно обернулась к громкоговорителю:
— Санитарная зачистка? Вы собираетесь уничтожить детскую площадку?
— Это незаконное насаждение! — прозвучало в ответ.
— Детская площадка — незаконное насаждение?
— Она построена без разрешения!
Ким посмотрела на плачущую девочку. Потом на ее мать, которая тщетно пыталась утешить ребенка. Потом на пожилого дедушку, который сидел на лавочке и с ужасом смотрел, как готовятся уничтожить единственное красивое место в районе.
— А разрешение на что? — медленно спросила Ким. — На то, чтобы дети играли среди цветов вместо мусора?
— Мисс Поссибл, не отвлекайтесь! Арестуйте Драккена!
— За что?
— За… за… — голос в громкоговорителе запнулся. — За экологический терроризм!
— Терроризм? — Ким громко рассмеялась. — Вы называете терроризмом посадку цветов?
— Это подрыв экологической стабильности!
— Чем именно? Тем, что воздух стал чище? Или тем, что дети перестали болеть от смога?
Повисла тишина. Даже двигатели бульдозеров работали тише, словно их операторы засомневались.
— Мисс Поссибл, — уже менее уверенно прозвучало из громкоговорителя, — вы обязаны выполнять приказы Организации Героев…
— ОБЯЗАНА?! — взвилась Ким. — Я обязана защищать людей! А вы хотите снести детскую площадку ради прибылей ваших заводов!
Она развернулась к толпе:
— Знаете, что мне сказали в Организации Героев? Что «правила важнее намерений»! Что неважно, зачем Драккен сажает цветы, важно только то, что он нарушает формальные процедуры!