— Проблема в том, что я не понимаю, кого мы спасаем и от чего. Вчера я получила приказ участвовать в операции против «образовательных террористов». А сегодня вижу, что эти «террористы» — учителя, которые просто хотят, чтобы дети думали.
— И что ты собираешься делать?
Длинная пауза. Ким смотрела куда-то в сторону, потом снова на экран:
— Скажи мне честно, Драккен. В чем тут зло? В том, что дети стали умнее? В том, что они научились думать критически? В том, что они хотят помогать миру?
— А ты сама как думаешь?
— Я думаю… — она глубоко вздохнула, — я думаю, что всю жизнь защищала людей от плохих парней. А оказалось, что защищала плохую систему от хороших людей.
Момент истины.
— Ким, — сказал я, — решение за тобой. Ты можешь и дальше быть героем системы. Или стать героем людей.
— Я уже решила, — ответила она с неожиданной твердостью. — До свидания, Драккен. И спасибо.
Связь прервалась.
Роскошный Джим стоял перед зданием школы в своем фирменном костюме и специальном шлеме с надписью «Защитник от знаний», пытаясь понять, как объяснить толпе родителей, что он защищает их детей, не давая им учиться.
— Граждане! — прокричал он через громкоговоритель с наклейкой «Сертифицирован для борьбы с образованием». — Отойдите от здания! Мы проводим дегазацию от опасных знаний!
— Дегазацию от знаний?! — крикнула из толпы женщина с плакатом «Мой сын впервые полюбил физику!» — Вы что, собираетесь выкачивать образование из воздуха?
— Именно! — с гордостью подтвердил Джим. — У нас есть специальные приборы для нейтрализации интеллектуальных испарений! Видите? — он указал на странное устройство, которое что-то пищало. — Датчик критического мышления! Он показывает опасное превышение нормы!
— А какая норма? — поинтересовался мужчина с транспарантом «Дочь изобрела робота для помощи инвалидам!»
— Ноль думающих мыслей на кубический метр! — серьезно объявил Джим. — Больше нельзя, это вредно для традиционных ценностей!
— Промыть мозги? — возмутилась пожилая учительница. — Они научили моих внуков думать самостоятельно! Это же мечта любого педагога!
В этот момент из школы вышла группа детей во главе с десятилетним Томми Андерсоном. В руках у них были самодельные плакаты: «Мы требуем права на образование!», «Верните нам алгебру!» и «Мы хотим изучать таблицу умножения!»
— Дядя в красивом костюме, — серьезно обратился к Джиму шестилетний мальчик, — а почему вы не хотите, чтобы мы умели читать?
Роскошный Джим растерялся. Его тренировали для борьбы со злодеями с лазерными пушками, но не для объяснения первоклашкам, почему грамотность опасна.
— Дети, — неуверенно начал он, — понимаете… чтение может быть вредным…
— Чем вредным? — спросила двенадцатилетняя Сара Джонсон, размахивая самодельным прибором. — Смотрите, я изобрела устройство для автоматического полива цветов! Это разве плохо?
— А я сделал робота, который помогает бабушке носить сумки! — добавил Томми, указывая на маленького механического помощника, который усердно таскал учебники.
— А я выучила китайский за три недели и теперь перевожу мультики для глухих детей! — гордо заявила восьмилетняя девочка.
— Дядя, — задумчиво произнесла самая маленькая, лет пяти, — а вы умеете читать? Хотите, я вас научу? У нас есть букварь для начинающих!
— Плохого… ничего плохого, но…
— Тогда зачем вы нас не пускаете в школу?
И тут к группе детей начали присоединяться взрослые. Сначала родители, потом учителя из соседних школ, потом просто прохожие, которые слышали разговор.
Первой подошла мисс Гарсия, преподаватель биологии из обычной средней школы:
— Роскошный Джим, я работаю в образовании двадцать лет. То, что происходит в этой школе, — это то, о чем мы всегда мечтали. Дети учатся с энтузиазмом, задают умные вопросы, проводят настоящие исследования…
— Но ведь это незаконно! — попытался возразить герой.
— Что именно незаконно? Хорошее образование?
За учительницей встали еще несколько педагогов, потом родители из других районов с плакатами «Мы тоже хотим качественное образование для детей!»
В этот момент к толпе подошла знакомая фигура. Ким Поссибл, но что-то в ней изменилось. Движения стали более решительными, взгляд — более ясным.
— Джим, — сказала она спокойно, — прекращаем операцию.
— Ким! — обрадовался он. — Отлично! Поможешь разогнать толпу?
— Нет, — твердо ответила она. — Я помогу им защитить школу.
Роскошный Джим чуть не выронил громкоговоритель:
— Ты… ты с ума сошла?!
— Наоборот, впервые за долгое время мыслю здраво, — Ким встала рядом с группой детей и родителей. — Джим, ответь мне честно: что мы тут делаем?
— Защищаем детей от злодеев!
— От каких злодеев? — Ким указала на группу преподавателей в черных халатах с эмблемой института. — От этой женщины, которая учит детей заботиться об экологии? От того мужчины, который показывает, как устроена физика? От профессора, который объясняет математику так, что дети ее понимают и любят?
— Но… но они из Лиги Зла!