За две недели, что мы находились в Вешикоане, узнал столько информации о Месопатамии: голова шла кругом. Ещё во время встречи охотников во главе с Эрби, понял, что Этаби не простой воин — хуррит. Мой друг оказался голубых кровей, являясь двоюродным племянником царствующего в Миттахни Шутарны III. Отец Шутарны III и дед Этаби по имени Артадам, являлись родными братьями.
— То есть, ты можешь претендовать на власть?
— Нет, уже не могу, — хуррит уселся поудобнее. — Моего деда звали Арташшумар, безродные хетты подкупили придворного стражника по имени Утхий, и он убил моего деда во сне. Мой отец в то время был слишком молод, и хурре посадили править младшего брата моего деда — Тушратта. Сын Тушратта Артадам II является отцом правителя Шутарны III. Его сына Эрби ты уже знаешь, — Этаби с облегчением откинулся в огромном кресле. Мы жили в одном крыле дворцового флигеля. Правитель Миттахни очень обрадовался возвращению двоюродного племянника.
Всё оказалось не совсем так, как рассказывал ранее Этаби. При нашем знакомстве он поведал, что убил знатного чиновника и скрывается от мести. Причина была немного иной: отец Этаби претендовал на престол, но придворная знать предпочла линию Тушратта, хотя ветвь Арташшумара была старшей. Возможно, что не обошлось без козней хеттов, их царь Супилилиум считался опытным политиканом, успешно строившим козни против восточных соседей.
После того, как знать, предпочла на троне сына Артадама вместо сына Арташшумара, Этаби устроил скандал и даже поднял руку на двоюродного брата. Сака-Тешуб, отец Этаби прогнал сына из дворца, запретив ему появляться там пока сам не призовёт. Мой друг посчитал это слишком серьёзным наказанием — оставив родные земли, он устремился на запад, в надежде добиться положения в государстве хеттов.
— Что? — Я не поверил своим ушам, — Ты хотел служить хеттам?
— Чтобы добраться до Супилилиума и убить его, — хмуро отозвался хуррит, хрустя пальцами.
— Получилось? — Этаби не заметил иронии в моих словах. Его взрывной характер и неуживчивость не дала ему сделать карьеры среди хеттов. Отслужив две недели, хуррит покалечил хетта, посмевшего насмехаться над ним. Так как бой был честный, наказания не последовало, но из «армии» его погнали. Ещё мальцом Этаби нравилось бегать на кузни в Вешикоане. Чтобы добывать себе пропитание, он стал подмастерье у кузнеца лувийца по имени Расм. Немного поднаторев в работе, Этаби перебрался в Кулиш, чтобы оттуда перебраться в Хаттуш. Именно там мы и познакомились с ним во время моей первой торговой поездки в город Атры и Энии.
— Помнишь торговца в Хаттуше, мы у него покупали жареного козлёнка, — спросил хуррит. Торговца я помнил, как и помнил, что с Этаби они говорили на незнакомом языке.
— Он из хурре, — Этаби улыбнулся, видя, с каким интересом я, слушаю, — он сказал мне, что мой отец умер, а дядя ищет, чтобы вернуть домой.
— Но ты не вернулся, — констатировал я, вспоминая их оживлённый разговор с торговцем.
— Нет, — просто ответил хуррит, — мы должны были спасти твою женщину.
— Жену, — автоматически поправил хуррита.
— И ты мог умереть в Хаттуше, хотя дома тебя ждала роскошная жизнь? — Понятие роскошная жизнь включала в себя прислугу, коней, оружие и золото. Несмотря на то что род Арташшумара не занял престол, обеспечен он был неплохо.
В городе у Этаби имелся и собственный дом, вернее дом его умершего отца. Но Шуттарна III настоял, чтобы племянник жил с ним. А Этаби пристроил и меня с Элсу рядом с собой. Официально мы числились дворцовой стражей, но никаких должностных обязанностей, кроме ношения меча и периодического обхода дворца, у нас не было. Меня это сильно тяготило, я по-другому представлял себе хурритов, делая выводы по своему другу.
— Этаби, ты не забыл, что Ада всё ещё у хеттов? — хуррит замотал головой:
— Я помню, Арт. Дважды разговаривал с дядей, с Эрби говорил. Он просит пока подождать: на границе Аррапха и Асуром идут бои. Дядя послал воинов туда, но я ещё поговорю с ним, — заверил меня хуррит, видя недовольство на моём лице.
Аррапха были союзником и восточными землями хурритов. Само собой я понимал, что союзнические обязательства куда важнее, чем просьба племянника. Меня один раз представили Шуттарне: разговор был короткий и шёл через Этаби. Правитель хурритов поблагодарил меня за спасённую жизнь племянника, заявив, что «Арт из Русов ему как сын отныне». На этом наше общение закончилось даже не начавшись.
Справедливости ради надо отметить, что дворцовая жизнь правителя была насыщенной. Ежедневно во дворце принимали делегации с разных мест.
— Это фуралы, это касситы, хитрые эсоры, — знакомил меня с посланцами Этаби. Смуглые лица в цветастых одеяниях, лица оливкового цвета в чёрных тюрбанах — процессии появлялись практически каждый день.
Элса наслаждался своим положением: язык хеттов и хурритов разный, но оба народа могли худо-бедно говорить о простых вещах. Оба народа безжалостно воровали чужие слова, выдавая их за свои. Названия животных, предметов обихода практически были идентичны, отличаясь лишь по звучанию или ударению.
