Последняя тень рассыпалась прахом, и мир вернул прежние краски, время возобновило течение. Неста ощутила, как отхлынули сверхъестественные силы, и поняла, что взяла на себя слишком многое.
Ее голова закружилась, и она не упала на землю только благодаря тому, что Лисс подхватил ее.
– Кассида! – Ньюлен, ее героическая подруга, была тут как тут. Взволнованная и сияющая, солнечная. Неста хотела бы быть такой же, пожалуй.
– Я в порядке. Только отдышусь, – она улыбнулась. – А мы молодцы, а?
– Да, – выдохнула капитан Лезвий, нервно смеясь. – Да, кассида, мы молодцы.
– Не хочу прерывать, – протянул Лисс, оглядываясь. – Но гарнизон-то где?..
Они потратили около часа, чтобы обыскать Форт-Сильву. Не было ни следа сражения, будто бы солдаты, расквартированные здесь, просто ушли. Или исчезли, учитывая, что их вещи остались на местах. Эта мысль Несте не нравилась.
Единственным помещением в форте, где обнаружились следы чужого присутствия, оказался кабинет командира. Его записи и книги, документы и отчеты, были разбросаны и перемешаны, и в комнате царил полнейший бардак.
– Здесь что-то искали, – заметила Ньюлен, осторожно ступая между листов бумаги. – В спешке?..
– Что такого ценного могло быть в этом форте? – Неста заглянула в бумаги. Она ожидала увидеть отчеты и сводки, но вместо этого перед ее глазами оказались старые, древние тексты.
«Четверо их было и будет, в симметрии отразится смысл, и лишние будут отсечены, когда откроются синхронно заслоны Призрачных Берегов, и как шавки покрывают слабых, так покроет Суть Всесжигающая испепеленные пески от границ до ущелий, защитит от растления, избавит, пощадит и спасет. И надлежит обратиться к избранному Тому, из чьего стада изначально отбрели прочь, потерявшись, дети Мертвого Солнца, к должному имени».
– Ребята, взгляните!
Она знала, что это за текст. Эти слова каждый житель их мира, вне зависимости от страны, религии или расы, изучал в школе или же сам, но с самого детства. Жуткое обещание неминуемого конца, старинное пророчество о конце света.
Лисс и Ньюлен обступили ее с двух сторон. Она подняла листы с земли, и теперь они в три головы заглядывали в пророчество. Разбирать текст было трудно, и все листы лежали на полу вперемешку, кое-где повторяясь.
Не было ничего удивительного в том, что здесь лежало несколько версий этого пророчества. В той или иной версии, оно было столь же популярным в Королевстве, что Сказки Сойланы или Доктрина Трех. Религиозные тексты частенько были для местных обязательной для прочтения книгой.
– Мрачно что-то, – заметил Лисс. Неста была готова с ним согласиться, она не помнила именно эту версию пророчества. Вчитавшись дальше, она только убедилась в словах линея.
«Темные, Темные, забирающие достойных, ножами и когтями пронзающие благородных! Забирают раз за разом самых достойных, самых исключительных, самых отмеченных – и вы не захотели, и вы сопротивлялись! Как Тайирчель ветром отчаяния, сразится за сырой талант против Эмменреаль, которую манит внутренний огонь, против Этана, ослепляющего долгом, против Уулернила, несущего забвения – и вы сопротивлялись, и вы отреклись!»
Неста могла бы закрыть глаза и продолжить это пророчество, даже не глядя. Она знала его наизусть, не помнила лишь имен. Но имена были здесь – в этой версии, почти неотличимой от привычной, но все же немного другой. Неуловимые отличия в формулировках, из-за которых текст оставлял после себя горькое, неприятное впечатление. Обычно это мрачное пророчество о конце света умудрялись оформить интересно, а сама Неста могла припомнить даже несколько версий для детей.
– С именами, надо же, – Ньюлен задумчиво потерла висок кончиками пальцев и, не отрывая взгляда от строчек, потянулась перевязать хвост, растрепавшийся после сражения. – А взгляни чуть дальше, там есть остальные имена? Мне кажется, это редкая версия, где всех посланников конца указывают.
Неста перелистала пророчество, убрала несколько повторяющихся листов из других версий. Лисс отвлекся, быстро потеряв интерес, и отошел раздать команды своим солдатам, которые все еще осматривали остальные части форта.
– Никогда не понимала, в чем принципиальная разница между версиями, – кассида чуть не уронила пару листов и сердито нахмурилась. – В смысле, что все равно же различия только в восприятии «пророков», которые переписывали изначальный текст, нет? Мы в школе проходим от силы три. В детстве детскую версию, и потом две самых распространенных.
Ньюлен вздохнула.
– В ордене проходят все, и их безумно много. С другой стороны, я счастлива, что у меня был доступ ко всем этим материалам. Если бы не орден, я бы такого образования не получила… может, вообще бы никакого не получила. До сих пор не верю, что мне так повезло.
Заинтересовавшись, Неста взглянула на нее внимательно.
– В ордене настолько уникальные сведения?
– Разумеется, – Ньюлен кивнула. – Но дело еще и в том, что в моем родном городе не очень много возможностей получить нормальное образование или подготовку. Где-то еще знания стоят денег. Вот, вот этот лист достань, пожалуйста.
