Экзорцисту кибернетический «Бес» почему-то представился как покрытое ядовитой шерстью зловонное чудовище, меланхолично жующее окровавленными клыками жалкие останки невинно убиенных жертв. Но священник был достаточно образован, да и с любопытством следил за развитием науки, видя в её успехах руку Провидения. Он понимал, что все эти киберы – ничуть не более чем механизмы, железяки с программой. Наподобие его робота-пылесоса, который он с удовольствие использовал, чтобы больше времени посвящать церковным делам, а не обыденной уборке.
Отец Варфоломей уже собрался было выходить, как вдруг его посетила мысль – настолько внезапная, четкая и ниоткуда не происходившая, оформившаяся как бы сама собой и одномоментно, что священник невольно перекрестился, ощутив и осознав всем своим существом, что это не просто мысль. Это был Глас Божий. И Глас Божий повелел ему уничтожить кибербеса.
***
– Эх, глупая ты железяка, – с отеческой нежностью произнес лаборант Аксенов, вытаскивая кибера, застрявшего в переплетении проводов. – Зачем залез?
– Я не глупый, – вибрирующим мягким голосом, напоминающим вокал Хулио Иглесиаса и Демиса Руссоса одновременно, отозвался кибер. – Мой разум совершенен, но жизненный опыт соответствует опыту младенца. Я должен его наращивать.
– А что тогда сам не выпутался, младенец?
– Просчитал вероятность повредить лабораторное оборудование. Решил вызвать помощь.
– Ну, хорошо, что вызвал, – сказал Аксенов. Он задумчиво смотрел на кабели в руках и прикидывал, куда бы их лучше перевесить для безопасности. Кибер зажужжал сервоприводом и поднял руку, указывая манипулятором на стену.
– Если ты думаешь о перемещении силовых кабелей для оптимальной безопасности, то перемести их туда!
Аксенов посмотрел в точку, куда была нацелена рука кибера и ухмыльнулся:
– А ведь точно! Ишь ты, просчитал всё…
Лаборант ушел за инструментом, а кибер осторожно двинулся по лаборатории. Его тело было грушевидной формы – немного нелепое и совершенно не угрожающее на вид, как и задумывали дизайнеры с психологами. Голова – на самом деле вместилище различных сенсоров и вспомогательного процессора – неторопливо поворачивалась из стороны в сторону, подражая человеческим движениям. Конечно, небольшие дополнительные видеокамеры могли бы передавать картинку с круговым охватом, но авторы проекта посчитали, что использование фронтального «зрения» приблизит мировосприятие «Беса» к человеческому. Да и ни к чему это – усложнять конструкцию. Ведь «Бес» – по сути дела экспериментальный образец, первая ласточка разумных киберов.
«Бес» остановился около сложного устройства. Несколько минут он обрабатывал информацию, строил предположения и делал прогнозы. Потом аккуратными и точными движениями соединил некоторые части устройства с другими частями, помедлил секунду, а потом переключил тумблер.
Вошедший в этот момент Аксенов замер и заорал в ужасе «Стой!!!», но было поздно – электрический разряд соскочил на руку кибера и голубой молнией взорвался на грушевидном теле. Кибер покачнулся, совершенно по-человечески произнес «не понима…» и замер в перекошенной позе.
***
Аксенов в ужасе бросился к рубильнику, обесточивающему оборудование, дернул его, а потом медленно, со страхом приблизился к Бесу. Мысли, одна другой депрессивнее, толкались в его голове: «как же теперь шеф… меня выгонят, наверное, как бы в армаду не загреметь… если сгорел мозг, это на миллион баксов… бедная железяка, он же почти как человек стал…»
Пока лаборант паниковал и медлил, резервный «мозг» – по сути просто небольшой компьютер – ожил и начал рутинную диагностику системы. В каком-то смысле Бес был наполовину аналогом обычного ПК: с отключенным мозгом он управлялся резервным компьютером, в задачу которого входило анализ работоспособности систем и запуск главного мозга. Корпус также был вполне обычно для механизмов сконструирован устойчивым и внешне определить уровень повреждений было затруднительно.
Аксенов понял, что Бес «ожил», только по выпрямлению корпуса кибера. Лаборант подскочил к нему и, словно человека, спросил:
– Ты как?!
Бес повернул голову и своим проникновенным голосом ответил:
– Системы функционируют нормально. Поврежден участок мозга. На работоспособности не скажется. С божьей помощью буду жить.
– Чего?! – вытаращился на кибера Аксенов. – С какой, на хрен, божьей помощью?!
Кибер свел вместе манипуляторы, словно пародия на статую святого, и нараспев произнес:
– Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной…
***
– Нет-нет, ваше преподобие, я очень уважаю нашу матерь церковь, – с душевным подъемом, но стараясь не дышать на посетителя, сказал Гламурнов и размашисто перекрестился.
– В другую сторону, – иронически посмотрел на него отец Варфоломей.
– В смысле?
– Крестятся в православии в другую сторону. Или вы католик?
– Я?! – ужаснулся Гламурнов. – Ни в коем случае! Я вообще против всего этого…
– Против чего?
