– А, да вообще… против этого растленного Запада, – махнул рукой корреспондент предположительно в сторону растленного Запада. – Педофилия, непотизм… Дранг нах остен, опять же. Чудское озеро. Ох, простите, я что-то сбился. О чем это мы говорили?
Отец Варфоломей, вначале рассерженный тем, что в редакции автор статьи встретил его в изрядном подпитии, теперь даже забавлялся, глядя на Гламурнова. Конечно, пьянство есть порок, но корреспондент напоминал добродушного щенка, готового резвиться с игрушкой – настолько он с готовностью стал рассказывать о своей статье и уверять, что ничего не перепутал.
– Вы хотели рассказать мне, что всё точно передали со слов этого кибернетика Сидорова.
– А, ну да, точно! Ничего не перепутал, всё расшифровал с записи и вставил, как есть, – корреспондент кивнул на диктофон, лежащий на столе. – И в блокноте у меня пометки тоже совпадают.
– Значит, точно?
– На сто процентов! – Гламурнов неловко кашлянул, затем доверительно понизил голос. – Понимаете, ваше преподобие, я ведь по светской хронике в основном. Роботы всякие, бозоны-шнеерзоны – это не моё. Тем более я вечером на банкет попал. Ну, по работе, так-то я не пью. Практически.
Отец Варфоломей понимающе кивнул.
– Поэтому утром у меня уже сил не было что-то придумывать. Устал на работе. А так я ни-ни… Ну, почти.
Ясно, – священник встал. – Благодарю вас за точный и подробный рассказ.
***
Бес двигался к своей цели по пустым улицам неторопливо, впитывая в своё компьютерное сознание мельчайшие детали и отождествляя их с заложенной в память информацией. Он бы хотел спросить прохожих, но середина рабочего дня, да ещё не кончился сезон отпусков – или дачный сезон, скорее. Поэтому он шагал не столько наугад, сколько исходя из логики метода бисекции, деля варианты на правильные и неправильные – ведет ли левая тропинка к цели или скорее правая плитами выложенная дорожка? Анализируем, отбрасываем менее вероятный вариант и двигаемся направо. Бес искал дорогу к храму…
В это время в лаборатории весь маленький коллектив – кибернетик, лаборант и психолог Зоя – предавался безрезультатной, но вполне естественной панике. Пожалуй, только сам Сидоров был спокойнее остальных – он позвонил в полицию и, удивив сотрудников, в местное почтовое отделение. На почте тоже удивились, но когда кибернетик пообещал десять тысяч нашедшему робота-беглеца, отнеслись к просьбе о помощи с неподдельным энтузиазмом. Почтальоны отправились разносить почту, глядя по сторонам с особым вниманием – но, увы, безрезультатно. Полицейские подключили к поиску патрульные машины, однако тоже пока ничего не нашли. Поэтому в лаборатории царило уныние и, когда туда вошел отец Варфоломей, особого радушия к нему не проявили.
– Что вы хотели? – спросил Сидоров. – У нас, извините, аврал. Не до бесед о спасении души.
– Беседе о спасении души всегда есть место, – возразил священник. – Но я сейчас по другому поводу. Это ведь здесь создан механический агрегат с богохульным названием «Бес»?
– Господи, да не до того нам сейчас!
– Не поминайте имя Божие всуе, негоже это.
– Да хоть всуе, хоть в высуе, – раздраженно ответил воинствующий антиклерикал Аксенов, – в церкви будете свои порядки устанавливать. А нам некогда.
Отец Варфоломей помолчал, смиряя негодование и мысленно молясь за спасение язычников. Потом спросил:
– Могу я хотя бы увидеть ваше творение?
– Скорее в церкви, – нервно рассмеялся Сидоров. – Наше творение оказалось не столь совершенно. Один случайный разряд – и кусок мозга выжгло. Похоже, что напрочь.
– Объяснитесь, пожалуйста, – недоуменно потряс головой отец Варфоломей. Голова, отозвавшись на резкое движение, опять заболела. – И причем тут церковь?
– Уверовал наш электронный дурачок, – грустно сказала психолог Зоя. – И сбежал «путём неторным».
***
Отец Варфоломей вышел из дверей института и остановился, глядя на небо. Дождик прекратился, и хотя серые тучи намекали на то, что это временно, погода располагала к прогулке. Деревья были похожи на павлинов, демонстрировавших фантастическое разнообразие цвета – от ещё ярко-зеленого летнего до отчетливо осенней желтизны и пушкинского «багреца». Просто преступно было бы не пройтись среди такой красоты! Священник вздохнул, поморщился от головной боли и сдался:
– Ну, в конце концов, довлеет дневи злоба его – робот найдется не сегодня, так завтра, а к Семену Михалычу надо бы зайти…
Семен Михалыч был старый друг, прихожанин и одновременно участковый врач. Как водится в пожилом возрасте, даже старые друзья могут не видеться месяцами, но отец Варфоломей, наконец, решил совместить приятное с полезным – пожаловаться опытному лекарю на донимавшую головную боль. Тем более, что идти-то всего ничего – полчаса неторопливого шага.
