И тут сердце дало сбой. Лицо похолодело, по телу прошла судорога.
Она не надеялась выйти из этой передряги живой. Её задачей было довести его, Мирона, до кабинета Платона. Она с самого начала знала, что не вернётся.
Он не заметил, что сжал кулаки до крови, не почувствовал, как ногти впились в ладони. Не обратил внимания на то, что скрипит зубами, в попытке сдержать вопль отчаяния.
Я никогда не прощу, – билась в голове мысль. – Я никогда тебе этого не прощу, брат! Я ненавижу тебя, Платон…
– Внимание! К вам приближаются вооруженные объекты.
Голос прозвучал неожиданно. Он вплёлся в мысли и Мирон не сразу понял, что программа имеет в виду.
– Конкретизируй, – бросил он, поспешно застёгивая костюм.
– Восемнадцать человек со стандартным вооружением спецназа и два дрона повышенной боеспособности приближаются по проходу между контейнерами.
Перед глазами вновь вспыхнула расчерченная координатной сеткой карта. На ней красными точками мигали фигуры. Они медленно двигались между двух тёмных массивов, зажимая его в тиски.
Чёрт! Как его выследили? И главное, кто это может быть? Технозон? Решили вернуть свою собственность любой ценой?
Перестрелку, даже в безлюдном районе автоматического завода, засекут полицейские дроны и камеры. Если… Если с ними не договорились, – эти мысли Мирон додумывал уже на бегу.
Он мчался вдоль череды контейнеров, в надежде отыскать проход, да хоть бы небольшую щель, в которую можно забиться.
Хотя это не поможет: у них наверняка есть тепловизоры и датчики движения… И тут его осенило. Он одет в стэллс-костюм! Если правильно себя вести, они вообще ничего не заметят.
Он остановился и вновь натянул капюшон по самый подбородок. И тут же облился холодным потом: забыл чёртов модуль с Акирой в сугробе! Мысли о спасении жизни вытеснили все остальные.
На секунду появился соблазн плюнуть. Забить. Просто бежать, спасая свою шкуру. Но Мирон повернул назад.
Нельзя.
Нельзя, чтобы Мелета – если она умерла – отдала свою жизнь зря. Он заберет этот чёртов модуль. Вернёт его Платону. А потом разобьёт ему морду. В кровь, в сопли, до потери сознания. Чтобы и его гениальный братец почувствовал, хотя бы ненадолго, каково это – быть живым…
Постоянно сверяясь с картой – мелкими цифрами указывалось расстояние до ближайшего объекта – он побежал назад. Навстречу красным точкам.
За спиной тоже кто-то был, так что без разницы, куда бежать – подумал он. – Контейнеры стояли так плотно, что никаких щелей или проходов между ними не было.
На удивление, обратный путь занял гораздо больше времени. Или ему так показалось. Все сугробы были похожи один на другой… Горячий модуль протопил себе углубление и провалился в снег.
– Где массив? – спросил он на бегу. Горячее дыхание оседало капельками воды на внутренней мембране вингсъюта.
– Двадцать метров и сорок три сантиметра. Девятнадцать метров… Десять… Перед глазами появилась желтая стрелка.
В несколько прыжков он преодолел расстояние до модуля, пошарив в снегу, нащупал твёрдый тяжелый параллелепипед, выдернул его, рывком раскрыл застёжку костюма… Металл коснулся кожи и будто прикипел к животу.
Сдерживая дрожь, стараясь не стучать зубами, он застегнул вингсъют и выпрямился.
– Робот-паук в пятнадцати метрах слева, – доложил равнодушный голос.
Мирон замер, прижавшись спиной к контейнеру. Ребристая поверхность холодила спину сквозь костюм.
Шелестя металлическими ходилками, втыкая острия в хрупкий гравий, робот прошел мимо. На его "голове" медленно вращалась турель – зрачок пулеметного дула поворачивался вслед за камерой тепловизора.
Мирон затаил дыхание. "Он меня не видит" – понял он. Программа делает так, что робот меня не видит. Он же коммуницирует через Плюс, а Платон в Сети – царь и Бог. Он не допустит, чтобы меня увидели роботы…
Это не Технозон, – решил он. – При всей их крутости, корпорациям запрещено использовать боевые машины в городских условиях.
Полиция. Или, скорее, МОСБЕЗ. Тоже, по-сути, частная контора, только работает на государство. И поэтому имеет более широкие полномочия… Очень, очень широкие. Вплоть до того, что если его здесь хлопнут – пусть даже это будет зафиксировано камерами – они будут в своём праве. Останавливали нарушителя. Опасного террориста…
Так и представил своё тело, распластанное на чёрном гравии. С аккуратной дыркой в середине лба.
– Приближаются живые объекты, – сказал голос в голове и Мирон чуть не подпрыгнул. Забыл, что слышит программу только он.
Как его вычислили? Хороший вопрос… Но очевидный ответ, учитывая обстоятельства, всего один: через сигнатуру украденных Плюсов. И нечему удивляться. МОСБЕЗ может себе позволить нанять САМЫХ крутых хакеров современности. А может, и не нанять: учитывая обстоятельства, просто пригрозить высылкой в каменоломни пояса Койпера. Оттуда не сбежишь – хакер ты, или не хакер…
– Программа… ты можешь скрыть своё присутствие в Плюсе?
– Это входит в постоянную опцию.
– Так… Тогда даю установку: неизвестные хакеры вычислили тебя и отслеживают сигнатуру твоих действий. Найди их и пусти по ложному следу.
