Если б не выстрелы, как огненные осы пронзающие воздух над головой, он бы так и остался лежать. Пускай ловят. Пускай волокут в МОСБЕЗ – там хотя бы окажут медицинскую помощь… Он готов отдать им всё, что попросят.
Но когда одна из пуль взрыла гравий прямо перед лицом, он начал двигаться. Сначала – ползком, затем – отталкиваясь здоровым плечом от стенки контейнера, а потом, удивляясь тому, что он еще не развалился на куски – даже бегом.
Сзади продолжалась какая-то мутная суматоха: кто-то куда-то бежал, кто-то в кого-то стрелял… Один из бойцов просто лупил вверх – задрав ствол вертикально и сопровождая выстрелы грязными ругательствами. На него никто не обращал внимания.
– Программа… твоих рук дело? – спросил Мирон, перемещаясь через проход к противоположной стене из контейнеров.
– Не понимаю вопроса.
– Это ты сделала так, что спецназовцы начали палить друг в друга?
– Ответ первый: исходя из траектории выстрелов, они палят не друг в друга, а в невидимый объект. Ответ второй: это не я.
Мирон усмехнулся. Она учится… Сосёт информацию откуда можно, запоминает, классифицирует и создаёт всё более сложные алгоритмы общения. Вот так люди и забывают, что у машин нет души…
– Значит, ты его не видишь, – сказал он вслух, ни к кому особенно не обращаясь. – Я его вижу, солдаты его видят, а ты, порождение электронных чресел моего братца, его не видишь… Вот и выходит: призрак.
И тут над головой раздалось мерное гудение. Полицейский дрон! – Мирон прижался к контейнеру. – Не полицейский. Скорее, военный, – он разглядел чёрное глянцевое брюшко, поблескиваюшие в свете галогеновых ламп стволы пушек…
– Внимание. Приближается отряд поддержки. Спецназ вызвал помощь.
– Это я уже и сам вижу.
Как-то быстро он расслабился. Наверное, просто устал: перегруженный мозг перестал посылать сигналы опасности.
Стена из контейнеров уходила в небеса. Мирон задрал голову. Где-то там, на высоте пятого-шестого этажа, перемигивались сигнальные лампочки.
Дрон медленно летел по проходу, освещая яркими фонарями каждый камешек.
– Ты можешь его как-то отвлечь? Перехватить управление? – спросил он одними губами.
– Я работаю над этим. Взлом защиты займёт еще восемь секунд.
За это время из него сделают решето…
Мирон в панике огляделся. Куда? Просто лечь на землю, прижаться к стене и надеятся, что стэлс-костюм его скроет? Похоже, выхода нет.
Рядом, буквально в полуметре, вдруг появился Призрак. Он возник ниоткуда, просто сгустился из окружающей тьмы. Мирон даже подумал, что ему мерещится… Но нет. Вот он тут. Стоит. И рукой – если это веретено клубящейся тьмы можно назвать рукой – указывает куда-то в контейнеры.
Странно, но Мирон его совсем не боялся. То ли вполне реальный боевой дрон был куда страшнее, чем бесплотный сгусток тьмы, то ли просто привык – с тех пор, как несколько дней назад он вышел из родного Улья, они встречались достаточно часто.
Автоматически Мирон посмотрел туда, куда указывал Призрак. Дрон как раз осветил это место и он вдруг понял, что между контейнерами есть щель. Как раз такая, чтобы протиснуться не очень крупному человеку…
Не стал раздумывать. Как только дрон отвернулся, он в два шага достиг щели и скрылся внутри.
Двигаться пришлось боком. Из контейнеров выпирали какие-то железяки, один раз он чуть не напоролся на острый заржавленный штырь – об него он порвал пластиковую стяжку на руках. Но в целом всё было неплохо.
Он уцелел в этой безумной перестрелке – что само по себе достижение; он умудрился спрятаться от безов… Осталось придумать, как выбраться незамеченным.
А потом найти Соломона, отдать ему грёбаный квантовый массив, и тогда можно будет выдохнуть. Почему-то это сейчас казалось самым важным: избавиться от Акиры.
Контейнеры тянулись вглубь на несколько рядов. Он протискивался и протискивался, в надежде выбраться на другую сторону, а потом попросить Программу дать маршрут безопасного выхода из заводской зоны.
Но вместо этого вдруг оказался в узком пространстве МЕЖДУ контейнерами. Это не был широкий проход, по которому спокойно перемещаются автопогрузчики, а просто узкий, не более метра, крысиный лаз.
Пахло здесь мокрым железом, тухлой пищей и немножко – мочой. На утоптанном, кое-где заляпанном мазутом гравии валялись одноразовые шприцы, упаковки от дермов и презервативы. Невдалеке угадывалась куча тряпья на расстеленном картоне – Мирон очень надеялся, что в тряпках нет никого живого…
Бродяги облюбовали это место. А еще, возможно, контрабандисты: незаметно вскрыть плохо охраняемый контейнер и добавить к грузу собственную посылочку – проще простого. Главное, запомнить номер контейнера, а еще лучше – подсадить на него жучка-навигатора и отслеживать свою посылку через Плюс.
Он тряхнул головой. Мысли, которые лезли в голову, не имели никакого отношения к действительности. А впрочем… Мирон давно понял, что не бывает совершенно бесполезных мыслей. Отправить Акиру посылкой куда-нибудь подальше – просто отличная идея. Вскрыть замок, сунуть в железное нутро тяжелый ящик, а заодно – и эти новые наушники. Приказав программе отмечать в Плюсе перемещения…
