Граница между Россом и Пиратом начала стираться. И как прочие честолюбивые руководители, стоящие во главе начинающих компаний Сан-Франциско, оба не видели, как одно их решение, принятое за компьютером, сказывается на невообразимом множестве судеб реальных, живых людей. Однако чужие жизни — не их забота.
Запись историй внутри металлического ящика в «Современном еврейском музее» продолжалась. Рене взглянул на своего друга Росса и проговорил: «Кажется, нам удалось уловить дух времени».
«Да, мне тоже так кажется, — согласился Росс, внезапно очнувшись от воспоминаний. — Я ощущаю, как меняется наш мир». Его меняли окружающие люди, каждый по-своему.
Следующие полчаса Росс и Рене говорили то о своих семьях и друзьях, то о наркотиках (и как сильно Росс их обожает). Потом Росс рассказал о бывшей возлюбленной, Эшли: как он сделал ей предложение, как раскрылся ее обман, и какую глубокую рану она оставила в его душе.
«Кажется, ты устал», — заметил Рене.
«Ага, — откликнулся Росс. — Порядком».
Тогда Рене взял слово и стал рассказывать, что недавно ему открылась истина: мы все постоянно вкалываем на работе, а все ради чего? «Ведь никакой успех не может обеспечить мне вечное счастье, — размышлял он, — всякое новое достижение — лишь его краткая вспышка».
Росс задумчиво почесал бороду, явно желая возразить другу. «Думаю, все не так уж и мрачно… нужно лишь работать с полной отдачей, — проговорил он. — Я по себе знаю, что значит, когда твое дело становится смыслом твоей жизни — единственно значимой вещью во всем мире».
Затем они стали закругляться с беседой. Но прежде, чем попрощаться, Рене спросил своего друга, каким он видит свое будущее через двадцать лет.
— К тому времени я хотел бы изменить жизнь человечества в лучшую сторону, — ответил Росс.
А Рене задал еще вопрос:
— Думаешь, тебе удастся жить вечно?
— Вполне возможно, — откликнулся Росс. — Я на полном серьезе. Полагаю, что хоть и в несколько иной форме, но я буду жить вечно.
Маленький домишко по адресу Ост 600 Норт, город Спаниш Форк, штат Юта, знавал лучшие деньки. От долгих лет запустения белая дощатая облицовка облупилась, а невысокий деревянный заборчик совсем перекосился. Вокруг дома, в какую сторону ни посмотри, виднелись шпили церквушек, зазывавшие прихожан в бесчисленные божьи дома.
Но чему удивляться? Здесь ведь земли мормонов, родной очаг Святых последних дней[31].
Январским утром 2013 года, в четверг, уличную тишину каждые несколько минут пронзал яростный рев машин, проносившихся через перекресток неподалеку. С ближайших улиц эхом доносились хлопки потрепанных американских флагов, терзаемых ветром.
Привычную сонную идиллию нарушала аномалия: множество машин, припаркованных вдоль дороги, среди которых виднелся глухой белый фургон. Если бы кто-то из прохожих мог случайно заглянуть в него, он бы увидел группу людей, проверявших патронники полуавтоматических пулеметов, а еще несколько человек натягивали на лица темные маски и надевали бронежилеты.
Ровно в одиннадцать — как раз когда напротив открывался монгольский гриль «ХуХот», предлагавший посетителям ежедневный «шведский стол» за восемь долларов девяносто девять центов — из белого фургона вышел человек, одетый в голубые джинсы, кроссовки и темно-синюю куртку с эмблемой Почтовой службы на рукаве. Он направился к маленькому белому домишке, держа в руках небольшой сверток, и громко постучал. «Утро доброе! — выкрикнул он, барабаня по двери. — Есть кто дома?»
Ответа не последовало, но дом явно не пустовал. Человек в почтальонской куртке бросил сверток на облезший клетчатый коврик «Добро пожаловать» у входной двери и отправился обратно к фургону.
Неподалеку в неприметной машине сидел агент УБН Карл Форс и наблюдал за разыгранным представлением.
— Он не клюнет, — заключил Карл, обращаясь к опытному коллеге, сидевшему рядом с ним.
— Потерпи немного, — отозвался тот. — Он скоро появится.
Карл ждал, наслаждаясь секундами безмятежности. Бескрайнее небо и хлопающие на ветру флаги гармонировали с белоснежным горным хребтом Уосатч и необъятными просторами за его пределами. Как и прочие агенты, Карл очутился здесь благодаря гениальному плану Ноба, который попросил Ужасного Пирата Робертса найти ему покупателя на килограмм кокаина. Пират довольно быстро свел его на сайте с дилером, с которым они договорились о цене — двадцать семь тысяч долларов, и Карл получил адрес человека, работавшего на Пирата. Кертис Грин — именно он согласился на роль посредника, которому предстояло забрать кокаин.
Как только Ноб заключил сделку, оперативная группа «Марко Поло» засуетились, стараясь выполнить все надлежащим образом. К счастью, у Карла имелись связи в отделе тяжких преступлений в Юте, и для операции с подсадной уткой ему согласились выделить кило кокаина из хранилища вещдоков.
