Пока Карл и Шон изучали необычный аккаунт Грина в поисках зацепок, которые помогли бы им добраться до Пирата, они заметили еще одну особенность модераторских прав: Грин имел доступ к биткоинам других пользователей Шелкового пути. К десяткам тысяч биткоинов. Лейтенант Пирата запросто мог украсть их, если б только захотел: ведь все знают, что биткоины невозможно отследить, как наличные деньги. Однако Грин никогда не брал чужие деньги: он слишком боялся жестокой расправы со стороны Ужасного Пирата Робертса. Казалось бы, то же должно относиться и к федеральным агентам из оперативной группы «Марко Поло», которые связаны клятвой защищать граждан своей страны: «И да поможет мне Бог».
Однако сегодня внутри белого ветхого домишки по адресу Ост 600 Норт, город Спаниш Форк, штат Юта в юрисдикции правительства США, Шон Бриджес из Секретной службы без чьего бы то ни было ведома совершил неподходящий для агента поступок. Работая с компьютером Грина и под его администраторскими правами, он тайком увел с пользовательских аккаунтов Шелкового пути триста пятьдесят тысяч долларов. Не для того, чтобы затем в качестве доказательства предъявить правительству США: Шон украдкой перевел триста пятьдесят тысяч долларов на свои личные счета. Но на этом история не закончилась.
Очень скоро набожный-агент-УБН-и-любящий-папа Карл Форс — независимо от Шона Бриджеса — тоже начнет получать деньги с Шелкового пути. Только он не станет, как Шон, втихую красть и прятать добычу: Карл будет продавать информацию Ужасному Пирату Робертсу за сотни тысяч долларов. Информацию, которая позволит Россу Ульбрихту всегда оставаться на шаг впереди своих преследователей, жаждущих схватить его.
Как и прежде, Карл стоял у истонченной черты, отделявшей подставного преступника от настоящего. Успеет ли он спастись прежде, чем граница сотрется окончательно?
И да поможет мне Бог.
Вестибюль отеля «Марриотт» в Солт-Лейк-Сити, как и полагается, был уютным и спокойным. На полу — жесткий, словно зацементированный, ковер, а воздух пропитан запахом кофе. По телевизору в углу фойе крутили новости с бегущей строкой, ведущий зачитывал заголовки последних событий и сообщал, что по сравнению с предыдущим месяцем продажи новых домов в США упали на 7,8 % и что экономика все так же стабильна.
Наверху, в одном из номеров, на полу валялась розовая трость, а в нескольких метрах от нее, в ванной комнате, почтальон из оперативной группы «Марко Поло» топил ее хозяина — Кертиса Грина. Рядом с ними стоял Карл Форс и снимал истязание на камеру: как голова перепуганного Грина погружается под воду и как в бешеной панике хватаются за края ванны его пальцы.
С момента облавы, когда УБН вломилось в дом Грина и перепугало двух несчастных чихуахуа, прошла неделя. После того как Грина задержали, оформили, а затем отпустили из полицейского участка, он приковылял домой, повалился на диван и зарыдал. Он полагал, что дальше его ожидает адвокат, дата судебного разбирательства и, возможно, сделка с УБН, которая поможет смягчить приговор. Однако все обернулось совершенно иначе.
После операции команда «Марко Поло» вернулась в Балтимор, а добропорядочному мормону Грину приказали залечь на дно. Карл и прочие агенты из «Марко Поло» решили, что расспросят Грина позже, а пока попытаются раздобыть побольше сведений через его аккаунт. Однако вскоре Карл (под личиной Ноба) узнал, что Ужасный Пират Робертс в курсе того, что его подчиненного схватили.
Во всеобщей суматохе Шон Бриджес, Карл Форс и фальшивый почтальон из их опергруппы вернулись в Солт-Лейк-Сити, чтобы поговорить с Грином и разобраться, что еще можно успеть сделать, пока у них есть доступ к файлам Шелкового пути.
Грин приехал в отель «Марриотт» с адвокатом и тут же начал бормотать, что беспощадный Ужасный Пират Робертс скоро пришлет своих головорезов, чтобы прикончить его. Страх настолько завладел им, что он не мог спать. Он неотрывно глядел в окно на улицы Спаниш Форк и с содроганием ожидал, что вот-вот в его дверь постучат — и все, конец ему и его собачкам. Грин не унимался и продолжал говорить, словно напуганный подросток, плакавшийся директору, что над ним измываются после школы.
Грин всегда был отщепенцем и, как полагал Карл, слабаком. В старшей школе одноклассники прозвали его «Гуч». В те времена молодой упитанный Грин не знал значения этого слова и смеялся вместе с другими парнями, когда они к нему так обращались. Лишь спустя годы он узнал, что «гуч» — это промежуток между мошонкой и анусом.
Карлу не составило труда понять, почему прозвище прижилось. Всего пару минут послушав его бессвязную сбивчивую речь, ему захотелось от души влепить Грину затрещину или приказать ему заткнуться, а еще лучше — все вместе. («Ни рыба ни мясо!») Грин дрожал не хуже своих полуторакилограммовых чихуахуа. Иногда он плаксиво поскуливал, рассказывая оперативной группе о своей роли на сайте и об Ужасном Пирате Робертсе. А иногда жалобно молил: «Я ведь добропорядочный мормон».
