Офицер усмехнулась. Она была в курсе, что Ивар в курсе, что говорит не с рядовым следователем, а с настоящим генералом, одним из самых высокопоставленных офицеров во всем управлении. Мысль, что им интересуются на столь высоком уровне, хоть и пугала, но все же вызывала гордость. Немногих в галактике допрашивают генералы международной полиции.
— С чего бы мне «делаться»? — гнул свою линию Ивар. — Это же адвокат его похитил?
Генерал неодобрительно закрутила головой.
— У вас поразительный ум и удивительный талант к обману сканеров — не удивлюсь, если вас прозовут Ивар Безликий. Никогда бы не подумала, что можно войти в охраняемую спецназом тюрьму с пачкой макулатуры и выйти оттуда под руку с самым опасным преступником в стране.
— Спасибо за комплимент, но ведь не я его оттуда вывел.
— Понимаю, что «не вы», но не могу не восхищаться ловкостью этого загадочного человека. Если бы только его и ваши таланты применить во благо галактики, а не во вред…
— Увы, в нашем обществе всегда есть некое недооценивание талантов. Того человека точно недооценили, когда планировали охрану. Это же надо: всего два стражника на весь коридор, пока остальные ждали у дверей, словно через парадный вход будет ломиться рота солдат. Восхитительная глупость.
— И правда, много упущенных возможностей и для вас, и для нас. Спасибо за беседу, Ивар. И за то, что предупредили галактику о ненадежности энергосетей в метрополиях… Мы еще встретимся.
— И не раз, мой друг, и не раз, — усмехнулся Ивар, провожая генерала очередным глотком горького чая. Похоже, в спешке он положил в три раза больше заварки, чем следует. Главное — скривиться после того, как дверь закроется.
***
В систему Хор корабль добрался через час. Розали с обзорной палубы наблюдала за приближением Агатона, и планета показалась похожей на картинку атома из наивных школьных учебников: светящийся шарик, вокруг которого раскинулись орбитали из космических станций, спутников и мириады верениц кораблей.
Розали потеряла счет времени и очнулась, когда вокруг столпилось много людей. Справа к наблюдателям пристроился Оттон Бьерне и постучал по стеклу:
— Ненавижу этот гидрын Агатон, веришь, нет?
— Потому что ты высокомерный гад, — с улыбкой ответил Ивар. — Лучше расскажи, чем будешь заниматься, когда уладится шумиха с революцией?
Оттон расхохотался. От громкого баса у Розали заболели уши.
— Женюсь, конечно!
— Куда тебе жениться? Ты же старый пень! — без тени серьезности удивился де Карма.
— В сто девяносто жизнь только начинается, кидонианский сосунок! — так же наигранно возмутился михъельмец. — Послушай моего совета и тоже женись. Осядь где-нибудь, заведи детей, прикупи пару фермерских угодий. Обещаю, мы отменим все пошлины, сможем покупать у тебя еду хоть с самой Кидонии. Ртов у нас много.
— На ком мне жениться-то? С такой работой.
— Ну, так вот на ней? — Оттон указал на Розали. Девушка удивленно заморгала.
— Она же дочь моя, ты, недоумок.
— Что, правда? — Оттон снова загоготал. — Значит, вся в мать. Вообще не похожа.
— Ах, если бы, — чуть слышно усмехнулась Роза.
— Надеюсь, на двадцатом десятке буду таким же веселым, как ты, — Ивар похлопал Оттона по плечу, словно старого друга.
— Да брось, тебе вовсе необязательно так долго жить… — михъельмец сделал паузу, а потом спохватился. — Чтобы стать веселым, я имею ввиду.
— Умеешь ободрить.
— Как думаете, почему у старых стран такие странные названия? — спросил Адам, врываясь в чужой разговор. — Приоритет, Доминация, Монархия…
— Просто у наших предков был пунктик на пафосе, — пожал плечами Ивар.
— Ла-а-адно, — протянул пилот. — Тогда еще вопрос, раз уж мы летим на какое-то большое международное мероприятие… если ты, например, стоишь перед какой-нибудь королевой, и вдруг захочешь пустить ветры, то…
Оттон взорвался хохотом.
— Даже не думай продолжать, Адам, — перебил его де Карма. — Лучше иди почитай об этом в ИнтерСети. Но не выводи на голограмму, прошу тебя.
Аламарси обиженно нахмурился.
— Вредный ты! У меня же нет опыта вращения в высшем свете. Я могу сделать что-то не так.
— Пускать газы при людях вообще неприлично, королева там или не королева. Такой ответ тебя устроит?
Розали прыснула.
— Допустим.
Спуск на Агатон оказался очень быстрым: корабль направили по выделенной воздушной трассе, ждать своей очереди не пришлось. С близкого расстояния столица Республик показалась точной копией Земли и Михъельма, так что ничего нового Розали не увидела.
Машина пронеслась над ровными рядами улиц-светляков и нырнула в грозовой фронт. Как выяснилось, в отличие от многих метрополий галактики, здесь дожди никто не запретил, просто они разрешены строго в определенные дни в определенных местах — там, где жители проголосовали за погодное разнообразие. Удивительный подход к демократии.
