- А ты хитрец, - протянул тот. - Я все думал, чего ты таким добреньким стал. Девчонок принялся выручать. На плату надеешься, да еще и остаться при них думаешь. Кто же, спасителя своего прогонит. Умно.
Этли промолчал.
- Давай, по-честному, - продолжил Иртимай. - Я тебе пятьдесят крон заплачу. Неплохо? А ты пойдешь и забьешь их там на смерть.
- Они уже убежали, как там тебя зовут? Настоящий Кнотис забыл мне твое имя напомнить, - Этли указал кивком на нишу со скелетом.
- Ну да, убежали. Заколочено окошко там. Не забыл я про него. А зовут меня Ильмах.
- Я вот не пойму, они же дочери твои. Как ты убивать то их удумал?
Ильмах пожал плечами:
- Родственные узы они ведь не вдруг возникают, а от времени, прожитого вместе. Я их видеть то, не видел. Чужие они мне. Мешаются только.
Этли промолчал. Нечего сказать, на такое-то.
- А ты ломаться-то прекращай. Мы с тобой одного поля ягоды, глотку человеку перерезать, как плюнуть.
- Твоя правда, - улыбнулся Этли. - В этом мы схожи. Да вот мой план понадежнее, он навсегда. А полста крон за неделю уйдут, на баб да выпивку.
Ильмах ударил неожиданно и резко. Окованный железом наконечник метнулся к Этли, и он еле успел отбить смертоносное острие. Этли отпрыгнул. Но его противник бросился на него, вновь целясь острием в грудь. Аскель отвёл палкой трость Ильмаха и ударил его ногой в корпус.
Ильмах крутанулся и повалился в одну из ниш. Этли с силой ударил своим посохом, надеясь проткнуть противника, но набалдашник трости ткнул его в грудь, выбивая дыхание. Этли отступил. А Ильмах, вскочив на ноги, ударил тяжелым шаром, целя в голову. Аскель успел поднырнуть под трость и в свою очередь огрел противника по ребрам. Ильмах согнулся, окованная железом трость вылетела из его рук.
Но убийца не сдался. Он кинулся на Этли и они рухнули, повалив на себя полки. Горшки и кувшины посыпались сверху, молотя Этли по спине, а упав на землю разбивались друг о друга, с коротким глухим звуком. Барахтаясь на полу, Этли понял, что Ильмах достал кинжал. Оказавшись сверху на противнике, он успел перехватить руку с клинком. На несколько мгновений они замерли. Ильмах изо всех сил пытался достать смертоносным лезвием шею Этли, а тот яростно сопротивлялся. Они хрипели, лица обоих покраснели от усилий, на лбу выступили вены.
Внезапно рука Ильмаха обмякла. Этли рывком прижал ее к земле, кинжал отскочил в сторону. И только тут Этли понял - убийца больше не сопротивляется. Выпученными глазами он смотрел за спину своему противнику. Этли рванулся, словно гончая за добычей. Мерзостный ужас, в одно мгновение зародившись в животе, рванул позвоночник, ударил в ноги. Этли кувыркнулся по земле и вскочил, трясясь всем телом.
Огромный белесый червь, с пугающее-похожей на человеческую головой, впился в Ильмаха и потащил его в темноту подвала. Дикий крик человека смешался с жутким верещанием монстра. Ильмах бился, словно выловленная рыба, но чудовище обхватило его руками, раздирая плоть когтистыми пальцами. Пятясь, Этли на что-то наступил. Под его ногой оказалась трость лже-Кнотиса, с окованным железом острием и тяжелым набалдашником.
Подхватив ее, Этли в два прыжка настиг чудовище и с силой вонзил острие трости в голову червя. Трость пробила плоть и вонзившись в землю хрустнула, оставив в руках Аскеля кусок дерева с металлическим шаром. Он отскочил назад.
Червь зашипел, выпустив жертву. Ильмах, весь в крови, с обезумевшими от боли, ужаса и отвращения глазами, пополз от монстра. Он захрипел, обращаясь к Этли:
- Помоги мне, ради Триединого, помоги!
Этли встал над ним.
- Ты мне чужой, - процедил он, и улыбнувшись кривой неприятной улыбкой, добавил. - Только мешаешь.
Металлические шар опустился на голов Ильмаха. Потом еще раз, и еще, раскалывая череп, превращая лицо в кровавое месиво. Закончив, Этли поднялся и посмотрел на червя. Тот умирал неохотно. Извиваясь всем телом, скручиваясь в кольца, тварь боролась за жизнь. Растягивалась, словно хвост пытался уползти, бросив голову. Руками он безуспешно царапал свою же плоть, стараясь вытащить обломок трости. Шипение и верещание сопровождало это тошнотворное действие.
Этли замутило. Но он не смел уйти, не убедившись в смерти чудовища. Наконец оно затихло, вытянувшись во всю длину. Этли взял лампаду и двинулся в ту сторону, куда направлялись девушки.
***
Сестер он обнаружил в конце подвала. Гердальда безуспешно пыталась открыть заколоченное окошко, а Мирана скулила, сжавшись в углу. Сейчас они сидели за столом. Несколько свечей освещали комнату, ту самую, где они ужинали вчера. Серое утро пробивалось сквозь щели заколоченных ставень.
- Что же мне делать? - спрашивала Гердальда, сжимая дымящуюся кружку травяного чая. - В подвале два трупа, да еще это чудовище.
- Обратитесь к властям, - отхлебнув горячего напитка посоветовал Этли. - Думаю, вердикт будет ясен - чудовище забралось в дом, а ваш дядя храбро вступил с ним в схватку.
- Как он мог, - девушка неожиданно всхлипнула. - Он ведь наш отец.
