– И уж точно не дела посадские, – ответил князь. – Там княгиня Ольга этим славно занимается. Да ты послушай, что я скажу сначала, а потом гневайся. В Киев тебя хочу потому отправить, что все уже наслышаны о твоей силе да жестокости. Вот ты одним своим присутствием и приструнишь всех соседей наших, напомнишь о силушке русской. А то пока мы тут хазар гоняем, Византия да Болгарское царство наглеть начали. Да и в Киеве мне человек верный нужен, как ты, властью не прельщенный. Коли со мной случится что худое, старшего моего сына, Ярополка, на престол посадишь, а сам подле станешь. Княгиня Ольга уже не та, ей помощь нужна будет с боярами да князьями силою управлять. Вот я тебя и выбрал среди других дружинников, как самого верного воина. Ведь в Киеве сидеть – это под многими соблазнами ходить.
И посмотрел князь на сотника своего. Думал, что тот засияет весь, заважничает от чести великой, ведь в Киев поедет самого князя замещать, да Волк все такой же стоял, грозный и нерадостный. Святослав про себя улыбнулся. Правильно решил, что именно его в Киев отправит. Не станет Волк верный за его спиной заговоры строить да пытаться свою власть на Руси установить.
– Я тебе в Киев идти не указываю, а прошу, – сказал князь сотнику, понимая, что только так уговорить его сможет, как друг.
Волк задумался, еще больше лоб нахмурив.
– Не люб мне Киев, – тихо ответил, – но волю твою исполню, князь.
Святослав облегченно вздохнул.
– Вот и славно, – и обнял князь своего дружинника верного. – Теперь мое сердце спокойно за Русь будет, раз сам Волк станет ее покой охранять. Да только просьба у меня одна есть.
– Говори, князь, все исполню.
– Ты с девками киевскими так не поступай, как здесь. Мне не нужны волнения народные из-за того, что мой сотник не ласков с бабами.
– Не буду, князь. Мне на девок плевать, что есть они, что нет.
– Оно-то так, да жажду молодецкую не утаишь да в сундук не спрячешь, как рубаху ненужную. Рано или поздно все равно свое потребует. Вот ты и возьми с собой какую-нибудь девку хазарскую да делай с ней, чего душа твоя волчья пожелает. Чай, не будешь тогда на молодух киевских засматриваться и жестокости чинить.
Волк лишь улыбнулся совету княжескому. И как это Святослав обо всем подумать успевает?
– А если и сделаю что недоброе в Киеве, сильно разгневаю тебя, князь?
– Сильно! Да раз тебе красавицы наши милей, то крестьянок и бери. Но девок пригожих да из родов знатных не трогай.
– Не буду, князь, на том клянусь.
– Вот и ладно, теперь иди, в путь собирайся, – и князь хлопнул дружинника по плечу дружески да провел из избы, прощаясь.
Волк сразу к своим дружинникам направился, чтоб дать указания на сборы. Сотня его с веселой быстротой стала коней готовить да награбленное добро в мешки складывать, ведь скоро в Киев вернутся к женам своим, матерям и невестам. А что еще могло душу воина согреть, как не мысли о доме родном?
Отбыли на следующий же день. Волк, как князь и советовал, кинул в обоз свой девку местную, что в первый день ему привели хазары знатные, да и справлял с ней нужду свою все первые дни дороги, а потом дружинникам своим отдал на развлечение. А Белая Вежа вздохнула с облегчением: наконец-то лютый их покинул.
Глава 13
Много люда киевского на улицы высыпало встречать прославленного сотника княжеского, что с победой из далеких степей возвратился. Знали все, что именно он кагана хазарского убил, он князя от стрелы смертельной спас, собой закрыв, да что ворота Саркела открыл, несмотря на ранение. Кричал ему люд приветливо, шапки в воздух кидал. Девки киевские под ноги коня боевого лепестки цветов бросали да улыбками сверкали. Волк в ответ тоже улыбался, да глаза холодными оставались. Невзлюбил он Киев и не рад был этому граду.
Вечером княгиня Ольга столы в хоромах княжеских накрыла да позвала Волка почетным гостем быть. Сидел он рядом с княгиней да медовую попивал. На все вопросы Ольги отвечал. Знал, что она в Киеве главная, а он и не против был. Его дело ратное, а остальным пусть другие занимаются.
После пира княгиня сама до ворот сотника проводила да поблагодарила лично, что жизнь Святославу спас. И как мать великого князя Киевского решила дружинника по-своему одарить. Приказала она для него терем просторный поставить около двора княжеского. Волк хотел было отказаться, мол, ему привычней со своими жить, да княгиня посмотрела на него строго да молвила:
– Ты сотник княжеский, человек важный в Киеве! Тебя князь сюда прислал, чтобы ты болгар да византийцев приструнил. Да не станут они уважать того, кто при княжьем дворе как вой простой живет.
Волку ничего не оставалось, как согласиться. С княгиней Ольгой не поспоришь.
А Киев до утра возвращение витязей русских праздновал. И когда успокоился, в этот же день к делам обычным преступил. На улочках торговля бойкая закипела да скоморохи забегали.
Радомир же поутру к начальнику своему подошел.
– Отпусти меня в град, Ярослав, надобно мне.
Волк удивленно посмотрел на товарища.
– Мог и не спрашиваться. Ты десятник мой да друг верный. Сам себе знаешь обязанности.
