– Да ничьих! Никто не знает, откуда взялась и зачем прибыла. Царевич ее в граде случайно встретил, а она своего не упустит, вскружила голову ему тут же. Так и оказалась в царских палатах.
– А где она почивает, сможешь указать?
– Ты и ее задумал уговорить на предательство? Не согласится Тодорка. Она русов не любит, и все о том ведают. Быстрей ты головы лишишься, чем она на сговор пойдет.
– За мою голову не беспокойся. И не на сговор мне к ней надобно. Другой толк есть. Так где ее покои? Ты же инспектор по сооружениям, наверняка знаешь, где спит девица.
– Знаю, как же не знать! Сам к ней хаживал да палаты проверял, где златая лепнина от стен отвалилась.
Начертил на пергаменте советник покои Тодорки да сказал напоследок:
– Ты смотри, сам на ее чары не попадись. Девка больно хитрая!
Волк лишь ухмыльнулся в ответ и обратно через окно вылез.
***
Знал сотник, зачем шел к полюбовнице царской. Не за чарами, а за предсмертным криком ее. Придушить хотел собственными руками предательницу.
Когда к палатам царским приблизился, затаился сначала под покровом ночи. Ждал, когда караул обход свой сделает. И только после того как стража удалилась, бросился на стену. Да и залез, чай, силы и удали в нем много было. Пробежал через царский двор и в палаты вошел. Стражники все спали, громко похрапывая.
«Славно охраняют, когда враг на пороге стоит!» – подумал сотник и дальше двинулся. Тихо бежал, еле слышно.
Вот и покои перед ним девичьи. А вдруг и Борис там? Придется и его придушить. Отворил сотник дверь да зашел внутрь. Краем глаза увидел лампаду, в кой фитиль еле догорал. Взял ее и стал осматриваться. Подле стены перины какие-то лежали, но на них никого не было. Почуял, что не Святослава здесь спит, скорее, служанка. Тут же заприметил напротив себя еще одну дверь. Туда и устремился бесшумно. Вошел. Снова осмотрелся. Слева какая-то люлька маленькая стояла, а справа Святослава почивала, рассыпав свои златые волосы на подушках белоснежных пушистых. Рядом с ней никого не было. Вот повезло, не придется меч славный о царевича марать! Поставил Волк лампаду на столешницу, что подле него была, дверь за собой на замок затворил, да и подошел к постели девицы.
Святослава спала безмятежно, улыбаясь чему-то во сне. «Чай, полюбовника своего представляет, предательница подлая!» – гневно подумал Волк.
Достал он меч тихо из-за спины и хотел было уже провести по горлу девицы лезвием смертельным. Да рука застыла. Не решился сотник вот так Святославу погубить. Столько лет о ней думывал, мучался. Да и во сне только тати убивают. А он не тать, он пришел суд праведный вершить!
Волк еще раз посмотрел на Святославу. Красавица такая беззащитная была и пригожая. И тут она перевернулась на другой бок. Волк было подумал, что разбудил ее. Но Святослава продолжала спать сладко и невинно. И только сейчас сотник заметил, как из-под рубахи ночной ножка стройная выглянула. Сотник сглотнул нервно. Давно он такой кожи мягкой да персиковой не ласкал. Ох как давно, чай, с последней их встречи. И тут взыграл в нем огонь мужицкий, да такой сильный, коего он уже давно не чувствовал ни к одной девице. И решил сотник сначала понасильничать предательницу, а уж потом погубить.
Протянул к ноге девичьей руку свою горячую да стал ласкать кожу нежную, рубаху все выше и выше задирая. Тут Святослава проснулась.
– Борис? – сквозь сон спросила. Но в ответ полюбовника своего не услышала, а ногу кто-то еще пуще ласкать стал.
Красавица молниеносно выхватила кинжал из-под подушки и полоснула гостя незваного с размаху. Волк чудом спасся от удара смертельного, только удаль молодецкая и помогла от лезвия увернуться, но все равно девица его зацепила, руку поранив до крови алой.
Волк от кровати отскочил и заругался на чем свет стоит.
Святослава тут же с подушек сорвалась и устремилась к двери, но та была заперта и без ключа. Тогда девица стала кричать, служанку вызывая, но Волк ее опередил.
– Там никого нет, не старайся, – сказал он ей на славянском родном, киевском. Знал, что поймет его Тодорка, чай, сама с Руси была.
Святослава обернулась, кинжал грозно перед грудью выставив.
– Кто тебя ко мне послал? Князь?
– Никто меня к тебе не посылал, сам пришел.
– Зачем? Что тебе надобно? У меня нечего брать.
Волк рассмеялся с издевкой.
– А я и не тать. Я пришел суд праведный над тобой вершить! – и шагнул он к ней вперед, к свету лампы поближе, чтоб девка могла его рассмотреть.
Святослава долго всматривалась в образ, что в полумраке стоял. На нее же глаза смотрели серые да холодные, а лицо было обрамлено локонами белокурыми, что на плечи спадали.
«Должна узнать! Всего лишь два годка прошло. Неужто позабыла?»
И тут Святослава все вспомнила. Ахнула, когда поняла, кто перед ней стоит. Опустила кинжал да к стенке откинулась в ужасе.
– Не может быть, не может быть того, – твердила, как ополоумевшая.
Волк же меч в руки взял, подошел к ней да приставил лезвие холодное к горлу.
– За все ответишь Святославушка, за все.
