Не помня себя, я стал барабанить по выемке в слепой надежде подняться обратно, забрать Мико, спасти его.
– Хэймо! – Дорианна схватила меня за запястья, крепко прижав к себе. – Бумажная маска, резонатор, она у тебя?
– Да.
Высвободив руку и расстегнув комбинезон, достал из нагрудного кармана помятый бумажный свёрток. Пол дрожал и уходил из-под ног. Теперь в этом мире точно не на что было опереться. Приняв у меня маску, она достала свою, такую же, и, сложив их вместе, прижала ладонями к трясущейся стенке.
– Хэймо, мы падаем! – её глаз не было видно, но она смотрела прямо на меня. – Помоги.
Её действия были ясны, она хотела остановить падение так же, как мы останавливали лифт в столпе. Остановить посредством воздействия голосом, вибрацией. Посредством воздействия на лжеэфир. Какая жестокая и непонятная субстанция, из-за которой столько смертей. Сотни тысяч, включая Коди, включая Мико… Смерть ради того, чтобы кто-то включил лампаду на кухне? Несоразмерно…
– Хэймо!
Очнувшись, прижал пальцы Дорианны своими ладонями. Помог поймать тембр. Лифт прекратил мчаться с сумасшедшей скоростью, но вопреки замедленному падению, удар приземления был такой силы, что нас хорошенько приложило о стены.
– Ты цела? – выдавил я из себя, держась за ушиб в области грудной клетки. Вдох и выдох давались с трудом.
– В порядке, – Дорианна врала, она испытывала сильную боль. – Только лодыжку повредила.
Физическая боль не шла ни в какое сравнение с мыслью о том, что я никого не сохранил. Не защитил Коди, не сберёг Мико и даже не смог укрыть Дорианну от боли.
– Хэймо, – Дорианна приобняла мою голову и плавно подняла её вверх. – Смотри, – указала она на проём, – мы у цели.
Собрав все остатки сил, у меня получилось сделать глубокий вдох, чтобы убедиться в чьём-либо присутствии в находящемся перед нами помещении. Комната была пуста. Или же в ней был кто-то, кто использовал стелс.
– Сможешь подняться? – протянул руку Дорианне.
– Да, – схватилась она за меня, – должна смочь.
Поддерживая друг друга за плечи, мы оба, пошатываясь и хромая, вошли в последнюю комнату, являющуюся конечной точкой нашего пути. Это было понятно по невероятно гигантскому, уходящему высоко вверх потолку и огромному круглому каменному постаменту в центре, накрытому сверху стеклянным колпаком-куполом.
– Артарь… – прошептала Дорианна, как только увидела это странное сооружение.
– Ты знаешь, что это?
– Нет, – грустно ответила она. – Всего лишь воспоминание из забытого. В любом случае здесь оно и происходит.
– Создание лжеэфира?
– Да.
– Тогда, – огляделся в поисках чего-нибудь увесистого, – надо разнести тут всё! Или, может, воспользоваться твоими резонаторами? Создать разрушительную звуковую волну?
– Они направлены на изменение потоков, но не на разрушение.
– Что ж, – выдохнул, пока мы доковыляли поближе, – значит, разнесём здесь всё вручную.
– Погоди, – Дорианна приблизилась к одному из огромных инфовизорских экранов возле «артаря», – давай я попробую поломать систему изнутри. Дай мне минутку, хорошо?
Отделившись от меня, она полностью облокотилась о край стола, чуть ли не шлемом задевая экран инфовизора. Задрав голову вверх, ещё раз оглядел высоченные своды вырезанных по кругу каменных колонн, куда вверх, водоворотом, устремлялся поток воздуха, неся лжеэфир, похоже, прямо к решётке треноги Колоса. Опустив голову ниже, заметил, что свет от расположенных полукругом лампад, не раздражал, а был даже приятен. Будь здесь Мико, он непременно бы это прокомментировал… Мысли закружились: «Безрассудный Мико, и как тебе только в голову такое пришло – стрельнуть в пусковой механизм?» Закрыв глаза, постарался сосредоточиться на дыхании, ставшем прерывистым. «Герр Абель Тот, простите».
– Хэймо. Не уходи в себя, не надо.
Она, казалось, видела меня затылком своего шлема, совсем не меня не смотря. Без сомнения, чуяла.
– Почему ты называешь меня вторым именем? – прежде чем успел осознать, вопрос сам собой сорвался с языка. – Я представлялся полным именем один раз, и тебе оно чем-то запомнилось?
– Оно красивое и.… оно связано с чем-то уютным, с домом.
Дорианна замялась и тут же в мгновении ока напряглась.
– Что случилось? – встревожился я.
– Если мы сейчас остановим подачу лжеэфира, то всё пойдёт крахом: воды перестанут течь, светила не зажгутся, прогрев земель нарушится. В общем, это не идёт ни в какое сравнение с тем, что на нус не будет давить лжеэфир и жертвоприношения для его выработки прекратятся. Весь мир рухнет и погибнет в одночасье.
– Но, Дорианна, – обвёл рукой сооружение артаря, где на заклании ежегодно становились топливом сотни нус. – Зачем нам такой мир?
– Ты готов взять на себя такую ответственность?
Было слышно, как в ожидании моего ответа тревожно забилось её сердце. Нет, груз такого масштаба я взять на себя не мог. И если хотя бы не прекратить влияние лжеэфира, то остановить его производственную выработку я был обязан.
– Ты можешь сделать так, чтобы весь лжеэфир поступал только к основным ротондоважным объектам, исключая все фортификаторы?
Дорианна, опешившая от моей идеи, выдохнула.