Кинтарский Марафон полностью

Молли повернулась к Модре и положила свою четырехпалую руку на голову рыдающей женщины. Модра тут же начала успокаиваться, словно Молли забирала на себя враждебные эмпатические волны, и они рассеивались в ней, не причиняя вреда. Теперь Модра смотрела только в глаза Молли, и постепенно улыбка и умиротворенное выражение вытеснили боль с ее лица.

— Черт возьми! Модра похожа на безумно влюбленного ребенка! — прокомментировала Триста.

— Заткнись, Триста! — прошипел Джимми. — Мне сейчас нужна вся твоя концентрация!

Ланкур был поражен не меньше, чем все остальные, включая и демонов, но он, как всегда, полностью контролировал себя.

— Дарквист! Проведи женщин мимо этих ублюдков. Маккрей! Ты сможешь пробраться мимо них?

— Смогу, — ответил Маккрей. — Богородице дево, радуйся, благодатная Мария, Господь с тобой, благословенна ты в женах, и благословен плод чрева твоего, Иисус…

Он медленно обходил колонну.

Демоны внезапно запаниковали.

— Подожди! Мы будем говорить честно и без новых уловок! Вернись!

— Простите, злобные ублюдки, — сказал Джимми, — но придется вам постоять в своей тюрьме еще десять тысяч лет, как вы того заслуживаете!

Пройдя коридор и войдя в следующий зал, он тут же почувствовал, как давление на его разум пропало, словно кто-то повернул выключатель. Трис Ланкур, увидев это, спросил:

— Как ты?

— Устал, как собака, но думаю, что мы им показали, — ответил телепат. — А как там Модра? — Он проник в ее разум и обнаружил в нем такую путаницу, какой давно уже не встречал.

«Боже! Да наша Модра пылает не хуже солнца! — И тут внезапно он понял. — Она же влюбилась в Молли!»

Молли, поняв, что он знает, повернулась к нему и улыбнулась с совершенно удовлетворенным видом.

— Я это сделала, Джимми. Это все, что я могла сделать. Я правильно поступила?

Он вздохнул.

— Да, Молли, ты правильно поступила. Дарквист! Ты в порядке?

— Вполне. У меня были странные ощущения в голове и теле, как будто эти демоны пытались пробраться внутрь, но у них не вышло. Я предлагаю двинуться дальше, прежде чем появятся еще какие-нибудь неприятные сюрпризы.

— Никто даже не спрашивает, в порядке ли я, — сварливо заметила Триста. — А у меня, между прочим, так болит голова, что ты не поверишь!

— Да, давайте выбираться отсюда, — согласился Джимми. — Это были всего лишь меньшие демоны, а мы ушли от них совсем выжатыми. Если бы они выбрались наружу, нам бы никакая молитва не помогла. А ведь скорее всего, чем дальше, тем сильнее будут те, кого мы встретим!

— Я очень надеюсь, что ты ошибаешься, — ответил Ланкур. — Ну, а сейчас нам надо найти какое-нибудь место, где есть пища, вода и прямой солнечный свет, чтобы зарядить наши скафандры.

Они прошли еще один коридор и внезапно снова оказались снаружи.

Звук был оглушающим. Это было похоже на стенания бесчисленных миллионов потерянных и проклятых душ, доносившиеся со всех сторон, и спереди, и сзади, и вблизи, и откуда-то издалека. Только шум сильного ливня немного приглушал этот тоскливый гул. Они надели шлемы, чтобы не промокнуть.

Желание Ланкура найти воду исполнилось, но ни еды, ни света пока не наблюдалось.

Дождь был так силен, что застилал все вокруг.

— И куда нам идти? — спросил Дарквист.

— Налево! — отозвался Маккрей.

— Опустите щиток ее шлема! — крикнул Ган Ро Чин, когда шум дождя окутал мицлапланцев.

— Он автоматический, — ответила Манья. — Она в шоке. Трудно сказать, когда она придет в себя.

— Чтобы привести ее в себя, нам нужен телепат, а у нас только один телепат — она, — согласился Морок. — Боги! Да это место пропитано водой!

— Если мы сейчас не уберемся отсюда, то скоро у нас будет телепат, да только не наш, — заметил Савин. — Если миколианцы идут за нами, они наверняка выпустят этих демонов, даже если их никто не будет принуждать.

— Верно подмечено, — кивнул Морок. — Нам придется и дальше нести Кришу. Ты справишься, Савин?

— Конечно — она легкая, как травинка. Но куда нам идти?

Морок посмотрел на Ган Ро Чина.

— У вас есть предложения, капитан?

Чин стоял, вглядываясь в окружавший их мрак, и, казалось, не замечал остальных, пока к нему не обратились с вопросом.

— Простите, Святой. Я пытался понять, откуда доносятся эти крики и стоны. О чем вы спрашивали?

— Нам надо идти, пока миколианцы не пришли и не выпустили этих тварей.