Барт прислушивался, что доктор после осмотра плетет маме. Из гостиной долетали только отдельные фразы: «пирамидальные подкорковые пути поражены», «дегенеративные изменения» и, конечно, «пубертатный период». У Барта засосало под ложечкой и стало ему до тошноты противно. Хорошо, Рафаэль не слышит, закрылся у себя с очередной книгой.
Хлопнула дверь.
– Ну что сказал доктор? – подошел к маме Барт.
Она встала, уткнулась носом ему в плечо и расплакалась, не в силах больше сдерживаться.
– Изменения в мозжечке.
– Что это значит?
– Я поняла, что-то вроде дырок в мозгу.
– Мама! – отстранил ее от себя Барт и заглянул ей в глаза. – Доктору бы такие дырки, чтобы поумнел. А наш «дегенерат» уже двухпудовой гирей крестится.
Мама неуверенно улыбнулась.Их планы чуть не сорвались. Маленький дедушка лежал в постели, с трудом поворачивая свое посеревшее лицо к Женин. Отвечал он ей односложно или вообще невпопад. Правда, послушно глотал капли. Однако к концу недели прадедушка повеселел, щеки приобрели привычный оттенок. Он затопал по домику, ворча на воспрявшую духом Маленькую бабушку. Выходные прошли спокойно, но Женин сомневалась, можно ли оставить стариков одних надолго.
– Иди, как собралась, – выгнал ее Маленький дедушка.
– Не нарядно нынче молодежь одевается погулять, – посмотрела прабабушка вслед Женевьеве. – А куда это она с Джеком отправилась?
– За грибами. Расскажет, если что найдут, – заверил муж.
«Заговаривается», – вздохнула прабабушка.
– Наверное, нам бы следовало присмотреть за Женин, – увидела она в окно, как навстречу правнучке появился Джек и обнял ее.
– Еще чего, у тебя в ее возрасте уже сын ползал, – хмыкнул прадедушка.
«И то верно, – подумала прабабушка. – Как же нынешняя молодежь взрослеет поздно».
