Из коридора они попали в незнакомую еще Женин часть замка. Бартоломью повозился с засовом на низкой двустворчатой двери и, только взявшись обеими руками, смог ее отворить.
– Прошу! Женни, держи фонарь. Ты идешь впереди и освещаешь дорогу.
Барт включил фонарик и протянул его Женевьеве. Она заглянула в подвал и попятилась.
– Трусишь? – нарочито удивился Бартоломью.
Женевьева выхватила фонарик, посветила на каменные ступени, ведущие вниз, и замерла в нерешительности.
– Не бойся. Не погаснет. Немецкий. И батарейка свежая.
Женевьева метнула в него такой испепеляющий взгляд, что молодой Медичес искренне удивился, как это история их родов обошлась простой человеческой враждой без всаживания друг другу кинжалов в грудь. Женни стремительно пошла вниз. Братья переглянулись. Рафаэлю очень не хотелось, чтобы Женни шла сзади и видела, какой он беспомощный, он заранее обговорил это с братом. Их маленькая уловка удалась. Барт подсадил Рафа себе на спину и стал спускаться за Женни.– Стоп. Ждите меня здесь, – распорядился Бартоломью и присел, отпуская Рафа.
Тот расцепил руки, оперся о стену и остался стоять рядом с Женни. Барт бегом поднялся наверх за коляской. Женевьева посмотрела на парня рядом. «Ты выше Бартоломью», – подумала, но удержалась и промолчала, просто улыбнулась.
– Женни, куда ты светишь? – сердито закричал со ступеней Барт.Он помог Рафу сесть в кресло и побежал наверх, теперь уже за своей ношей. Бартоломью притворил входную дверь. Светлое окошко в живой мир погасло. Фонарь почти не давал света.
– Закрыл дверь, чтобы кот не заскочил, а то тут останется, – пояснил Барт, спускаясь.
Он направил фонарик Женевьевы в ее дрожащей руке на вещи, которые принес.
– А мы не останемся? – оглянулась Женин в темноту. – Вдруг нас кто-нибудь здесь запрет?
– Нет, – беспечно сказал Барт. – Я принял меры.
Он не успел объяснить какие. Новый страх появился у Женин – ей показалось, что она услышала шорох.
– Рафаэль! У тебя был револьвер. Ты догадался его взять? – отчего-то звонко поинтересовалась она.
– Нет, конечно. А зачем? – подал голос Раф.
– Мыши, – перешла на шепот Женин. – Чтобы отстреливаться.
Барт оставил свое занятие, выпрямился, подумал немного и с сомнением покачал головой:
– По мыши даже Раф промахнется.
– Попаду! – скромно заверил Раф.
– Не будь Мединосом! – засмеялся Барт. – Промажешь!
– Спорим? – завелся Рафаэль. – Неси револьвер! Мышей только жалко.
– Так они тут есть? – с ужасом спросила Женин.
Братья, уже дракой собравшиеся выяснять меткость Рафаэля, опомнились и очень убедительно изо всех сил затрясли головами, отрицая наличие мышей в подземелье.Барт наконец поджег один факел и двинулся с ним устанавливать и зажигать другие. Мрак отступил в углы. Женин стало смешно. Бедные мышки: столько крика и шума в их владениях подняли три великана.
– Зерно, – изумился Раф, открыв ближайший сундук. – Надо же, сохранилось.
«Зерно? В кованом сундуке в подземелье?» – тоже удивилась Женни, посветив на странную серую массу.
– Закрой плотно, а то и правда мыши расплодятся, – буркнул Барт. – Порядок бы в подвале навести. А ну-ка, что у нас здесь.
Он открыл что-то и зачихал.
– Истлевшее тряпье. Как я вас и предупреждал!
