Драконы издревле убивали снежных магов. Сотню лет назад мои предки победили их, но теперь север беззащитен и здесь нет ни магии, ни весны. Ослабшие, мы просили покровительства империи Западного Солнца, но столицу никогда не интересовали наши беды. Мы знали, что драконы вернутся – это было вопросом времени, и вот на наш край снова обрушился гнев чудовища. Он угрожает испепелить все дотла, если мы не выдадим ему снежного мага.Принц Империи Альтаир клянется уничтожить дракона, если я буду отдана ему в жены, а меня безумно тянет к загадочному путнику, который спас меня из пожара.Каждая встреча бьет по нервам и оголяет чувства, но я не могу позволить себе влюбиться, пока мой народ в опасности.Меня зовут Сиера де Сверре. Я наследница Севера, и у меня есть тайна, которая изменит всё.
Карета немилосердно тряслась по снежным ухабам. Меня мотало из стороны в сторону, и я крепче сжала руками край деревянной лавки.
Колесо попало в глубокую яму, и лошади дернули карету вперед. Я подпрыгнула вверх и ударилась головой. Грейс напротив меня даже не шелохнулась.
– В столице дороги гораздо ровнее. – Мои зубы стучали от холода. Ветер проникал сквозь щели и пробирался под полушубок.
– А правда, что в столице никто не ездит в каретах? И все перемещаются в пространстве с помощью магии? – Грейс откинулась на спинку лавки и закинула ногу на ногу.
– В пространстве могут перемещаться только сильные маги. – Я потерла онемевшие от холода пальцы. За время учебы в столице я отвыкла от северных морозов.
– Говорят, столичные маги надевают белые рубашки с кружевными манжетами. И что же – на шею повязывают пышные банты, словно барышни?
– Это в моде и красит мужчину, – коротко ответила я и отвернулась к окну. Метель била в узкое окошко и превращала пейзаж за окном в снежное месиво.
– Вот как девки, ей-богу! Не то что наши северные викинги, – громко ответила Грейс и запустила руку в короткие светлые волосы. Они торчали в стороны, как сухая солома. – Надеюсь, вы не обручились тайно с каким-нибудь столичным магом. – Она с подозрением прищурилась.
– Мы не выходили за пределы академии! – вспыхнула я, и мы замолчали под гул ветра и стук колес.
Когда глаза стали слипаться и я задремала, Грейс прочистила горло и осторожно спросила:
– Коль вы так усердно учились, стало быть, вы освоили магию?
Я открыла рот, чтобы ответить, но раздался крик кучера. Карета дернулась и остановилась.
Грейс высунулась из дверцы и закричала:
– Уэйн, почему мы не можем доехать до замка без остановок? Дай мне сесть на козлы и взять поводья – и мы доберемся за четверть часа.
– Никак нет, леди Грейс, это не пристало благородной даме. Да и дороги занесло. Мы завязнем, если пустим лошадок быстрее… Заедем на постоялый двор, отдохнем, а к вечеру авось будем там.
– Экий бездельник, ему лишь бы отдохнуть. – Грейс недовольно хлопнула дверью кареты.
Признаться, я была рада даже небольшой остановке, чтобы согреться и сделать глоток теплого травяного чая. Наша старая карета была утеплена только подкладкой из шерсти, угли в сундуке догорели и уже не давали тепла.
Мы вышли из кареты, и я с радостью распрямила затекшие ноги и спину.
В таверне было немноголюдно: северяне пили брагу и громко разговаривали. Полная хозяйка встретила нас добродушной улыбкой, и мы прошли внутрь. Меня закружили, сняли шубу и посадили в центре зала.
Уэйн громко отдавал распоряжения владельцу трактира:
– Смените нам лошадей! Подайте миледи запеченные медвежьи мозги с брусникой!
– Я не буду есть мозги, – громко прошептала я Грейс.
– Обязательно попробуйте, миледи. Вы так исхудали в столице. Щеки впалые, лицо белое. Женщина должна быть сильной и полной, чтобы и дитя выносить, и дров нарубить.
По меркам севера Грейс была истинной красавицей: широкие плечи и рост на голову выше моего. Фигура ее была чуть угловатой, а движения – быстрыми и уверенными.
– К нам приехала племянница герцога де Сверре – миледи Сиера! – торжественно объявил Уэйн.
Все сидящие в трактире повернулись в мою сторону. Я коротко кивнула, и вернулась к похлебке.
Северяне подняли свои кружки и радостно загалдели. Высокие и светловолосые, они заполнили зал разговорами и громким смехом, как вода – русло реки.
Я скользнула взглядом по одному из гостей, кто выделялся, как черный ворон среди белых голубей. Его волосы скрывал черный же капюшон плаща, а тени окутывали лицо. Он сидел в отдалении от всех, ничего не ел и не пил, хотя перед ним стояла полная тарелка еды. Он играл кинжалом в руках, и в стальном лезвии отражалось пламя свечей.
Я обхватила ароматный горячий горшочек и стала греть закоченевшие руки. В нем была похлебка из оленины – жирная и наваристая. В столичном кафетерии я бы в жизни не стала такое есть, но сейчас я была так голодна, что чуть не мурлыкала от удовольствия.
– Миледи Сиера учится в Высшей академии магии в Сентромундусе, – громко сказала Грейс хозяйке заведения.
– Сентро… что? – переспросила хозяйка.
– Сентромундус. Столица нашей империи. Значится как центр мира, – громко сказал кто-то.
Фырканье потонуло в гуле, северяне стали громко ставить стаканы на стол и скрипеть стульями. У севера был только один центр: наш фамильный замок.
– Так, может, ученая миледи моему Гисли зрение подправит, а то не видит уже дальше собственного носа. Говорят, столичные маги руками в воздухе проведут, и даже безногие бегать начинают…
– А безрукие – на руках ходить, – раздался смех.
Один из мужиков вскочил со стула и стал криво водить в воздухе ладонями и изображать, как они рисуют руны.
– Столичный маг! – закричал кто-то из мужиков. – А она может поставить защиту на ограду? Мне уже три раза олени забор ломали…
