– Небось, Тикао? У этого лиса лучше ничего не брать, знаешь же. В долгах увязнешь пуще прежнего.
– Отвали, – почти зарычал Ютака. – Дел по горло, не до тебя.
Кайто пожал плечами и отошёл. Плевать, пусть глупый однохвостый тонет в своих бедах. Он понимал, что сейчас, с этой странной погодой и задержкой времени роста, каждый хочет урвать свою выгоду. За полгода припасы в Шику закончатся, и, если снега в скором времени не сойдут, кто знает, насколько позже начнётся сев. Кицунэ будут вынуждены покупать еду у Шинджу, цены вырастут вдвое-втрое, а может, и того больше. Многие из них уже не ходят сами ловить лосося в разрешённое время – слишком нежные для убийства даже обречённых. А потому живут, питаясь тем, что привозят и добывают ногицунэ.
Кайто понимал, что это отличное время для всех, кто хотел подзаработать. Несколько недель в море туда, несколько обратно, и полный трюм самого востребованного в Шику товара: еды. Только откуда у Ютаки деньги на ооми и закупки? Тикао мог бы выделить ему корабль только за очень большую сумму, а этот мелкий и так вечно в долгах. Он просился к Кайто на борт, но у того достаточно своих ребят, которым тоже нужно кормить и себя, и семьи.
Не нравилось Кайто, куда этот однохвостый себя загонял, но дело его. Если связался с Тикао и взял у того в долг, не один век будет расхлёбывать. Но, может, это его чему-то научит.
– Кайто, дружочек, – голос звучал за добрых три десятка шагов от него, а всё же он услышал.
– Норико. – Когда Кайто обернулся, она уже подошла почти вплотную. – Долго же вы гостили у кицунэ. Как успехи?
– Не так хорошо, как хотелось бы, – призналась она, чуть поморщившись. – Но нам пора домой. Ёкаи не ждут, сам понимаешь. Когда намереваешься снова посетить великолепный остров?
– Вообще-то, мы в Новом месяце, как правило, никуда не плаваем.
– Как правило?
– В этот раз тебе повезло.
– Ну и славно. Когда отчаливаем?
– И ты снова идеально выбрала время, потому что завтра на рассвете.
– Ты шутишь?
– Никаких шуток. Появилась бы завтра – и пришлось бы договариваться с другим ногицунэ.
Её передёрнуло. Да уж, Норико и умение заводить знакомства явно не ходят рядом.
– Нас будет…
– Пятеро?
– Вообще-то, уже шестеро.
– Кому-то надоел этот лес? – Быть не может. Ни один кицунэ в здравом уме не отправится в Шинджу.
– Ёширо будет с нами.
– Ёширо, который мой брат?
– Других я не знаю.
– Ты шутишь?
– Никаких шуток, – прищурилась она.
– Вы его связали и насильно за собой тащите? Он же в монастыре живёт.
– Жил.
– Что вы с ним сделали?
– Мы – ничего.
Если бы он не знал Норико, он бы ничего не заподозрил. Но он её знал. В общей сложности совсем недолго, но достаточно, чтобы понять, что она немного нервничает. И точно что-то скрывает.
– Чего ты недоговариваешь, бакэнэко? – прямо спросил он.
– Лучше ты сам всё увидишь, – уклончиво ответила она.
– Мне это не нравится.
– Поверь, это никому не нравится…
– С вас дюжина монет.
– Сколько? – вскрикнула она, и её глаза округлились так, что Кайто всерьёз забеспокоился, не расцарапает ли она ему лицо прямо здесь.
На всякий случай он сделал шаг назад и поднял руки.
– Таковы мои условия.
– Это вдвое больше за каждого, чем ты требовал в прошлый раз!
– Так и ситуация непростая.
– И что это значит?
– В этот раз мы не единственные, кто будет пересекать море ради того, чтобы набить трюм рыбой. И нам нужно успеть раньше остальных, поэтому я буду брать ооми поменьше.
– Мы не настолько крупные, чтобы замедлить твой корабль, – возразила Норико.
– Но достаточно, чтобы мешаться под ногами на небольшой площади.
– Я не знаю, есть ли у нас столько денег, – призналась она.
– У тебя есть время узнать – и достать их, если нет.
– Ничего другого от тебя и не ожидала, – фыркнула она.
Кайто улыбнулся:
– И не должна была.
Они явились к ооми, который Кайто указал Норико, за коку до рассвета. Только вот не совсем в том составе, который Кайто ожидал увидеть.
– Ёширо?
Лис фыркнул, ткнувшись носом ему в ладонь.
– Ты с каких пор предпочитаешь эту ки второй?
– С тех пор как вторую у него отобрали, – отозвалась Киоко-хэика.
– Что? – Кайто посмотрел на неё, пытаясь понять, насмешка это или нет. Нет, не насмешка. – Кто отобрал?
– Инари, – ответила Норико.
– Дюжина монет, – Хотэку протянул связку, и Кайто спрятал её в рукав, даже не пересчитав. Он всё смотрел на Ёширо и не понимал, кого винить в случившемся с ним.
– Ты что, даже не говоришь?
– Но он остался разумен, – заверила Норико. – Всё понимает, просто бо́льшую часть времени лежит и, видимо, грустит о прошлой жизни.
– Какой прошлой? Это… Что это за чушь? Что вообще происходит?! Кто из вас это сделал? Что вообще произошло?
– Инари потребовала…
– Киоко, – перебила её Норико. – Ты не обязана объяснять.
– Нет, обязана, – возразила она и посмотрела на Кайто, встретив его взгляд твёрдо и прямо. – Инари потребовала от меня смерти ногицунэ. Ёширо вступился за того, кого я едва не убила, и за это богиня лишила его второй ки, сказав, что вернёт, когда я сделаю что должна.
