- Во-первых, русские у нас до сих пор не ввели в бой свои резервы, а так же фактически не используют свою тяжелую и сверхтяжелую артиллерию, тяжелые танки. Да и вообще крупные танковые подразделения у русских стоят в тылу. Кроме того мы пока не фиксируем применения русскими штурмовых подразделений.
- Ты не прав, а преодоление ими передовой линии дотов? Против наших ребят действовали специально подготовленные группы штурмовой пехоты и саперов русских при поддержке танков и артиллерии.
- Я имел в виду несколько другое - отдельные штурмовые бригады, а не те группы штрафников, что русские бросили против нас.
- Ах, вот ты о чем. Тут ты прав. Мы действительно их пока не видим в боях. Хотя они и идут во второй линии русских. Продолжай.
- Во-вторых, командованию в район Гумбиннена (Гусев) и Шталлупенена (Нестеров) пришлось ввести в бой против 11-й гвардейской армии генерала Галицкого две дивизии из корпуса "Герман Геринг", а я на них рассчитывал в ходе контрудара. Своими силами его мы осуществить не сможем.
- Неприятный момент, тем не менее, мы можем и обязаны оставшимися силами сделать задуманное. Иначе русские скоро будут в Кенигсберге.
- Вы правы...
* * * * *
От выстрелов и бега сатанея, хрипя "ура", крича и матерясь,
мы прыгаем в немецкую траншею, окопную разбрызгивая грязь.
Чужие перекошенные лица... И в эти лица - в душу, бога мать! -
мы начинаем яростные спицы за очередью очередь вгонять.
И пятятся, ныряют гренадёры в накатные глухие блиндажи, -
и кажется, от нашего напора земля до самой печени дрожит!
автор фронтовик - окопник Юрий Белаш
Вот ведь хрень какая. Немец что-то успокоил. Второй час не стреляет и в атаки не ходит. К очередному дождю, наверное?! А может, решил раньше времени за жрачку сесть или наши фронт, наконец - то прорвали и сюда спешат?! Вот было бы хорошо, а то умирать здесь не хочется. Третий день тут в немецком тылу бои ведем, а фронт как был далеко так и там и остается. Ну да ничего не в первый и дай бог не последний раз, в таком положении находимся.
Рейд этот, не был чем-то из ряда вон выходящим. Обычная работа, которую третий год выполняла бригада.
Высадившись на захваченном аэродроме, взвод в составе роты без больших проблем на трофейных автомашинах проскочил к лагерю военнопленных. Не успели. Лагерь оказался пуст. Немцы всех пленных расстреляли. Один из немцев рассказал. Рассказал и о Дотах, замаскированных под конюшни, по дороге в паре километров на запад, которые охраняли 7 пожилых немцев. Ротный взвод сразу же отправил их брать.
Через час разведывательный дозор в указанном месте обнаружил замаскированные укрепления. Они были расположены на господствующей высоте, вокруг картофельного поля. Два длинных приземистых кирпичных здания с черепичной крышей и узкими окнами, выходящими на Кенигсбергскую дорогу, были идеальной маскировкой для дотов. Дополняли маскировку расположенные внизу высоты загоны для десятка лошадей и пары коров. Всю эту идиллию охранял одиночный часовой у ворот, остальные расположились в подсобке "хозяйского дома", выполняющей роль казармы.
Сказать, что часовой исправно нес службу в "собачий час" сложно. Дремал, прислонившись к закрытым воротам рядом с калиткой. Из-за этого удалось подобраться поближе и его тихо снять. Дальше все как обычно, бросок через калитку, короткий бесшумный бой. В результате охрана была уничтожена, а доты захвачены.
Все доты оказались подготовленными к боям - снаряжены всем необходимым - снарядами, продовольствием и имуществом. В них работала канализация и водопровод. Под специальным навесом и чехлами хранилась 120 мм. минометная батарея. Траншеи вокруг построек были с бетонными стенками и козырьками. В "хозяйском доме" оказался командный пункт, откуда окрестности были видны как на ладони. Плохо было лишь то, что минные поля немцы не установили, пришлось самим подручными средствами оборудовать.
Захват дотов прошел для немецкого командования незаметно. Где-то через час к дотам приблизилось 13 человек немцев. Шли они спокойным размеренным шагом, колонной по двое во главе с старшим унтером. Встретили. Не ожидали они нас тут увидеть. Глубокий тыл как-никак. Оказалось, что это гарнизон укреплений. Унтер после недолгих уговоров согласился отвечать на звонки из штаба. Да и вообще человеком он оказался довольно разговорчивым. Сдал продовольственный склад и расположение сапёрного батальона готовившего неподалеку оборонительные позиции и противотанковый ров.
Целый день дурили голову немецким штабным, которые в связи с "высадкой русского десанта" каждый час требовали докладывать обстановку. Заодно наблюдали за саперами. Ночью совершили налёт на противника. Хорошо порезвились. По-тихому уничтожили сапёрную роту, продовольственный склад и ушли без потерь.
Правда, немцы теперь знали о нас и организовали охоту. Искали ветер в поле.
