— Амбициозная цель, — Крид слегка улыбнулся, — но достойная правителя вашего калибра. И если кто-то способен достичь её, то это вы, Пьер де Лузиньян.
Перед отплытием на Кипр была проведена торжественная церемония. На главной площади Александрии принц Пьер официально объявил о создании Кипрско-Александрийского королевства и назначил временную администрацию города. Сержант де Брюс, произведённый в полковники, стал военным губернатором Александрии. Для гражданского управления был сформирован совет, включавший как кипрских дворян, так и представителей местной знати.
— Это историческое событие, — провозгласил принц перед собравшимися горожанами и воинами. — Сегодня мы закладываем основу нового государства, которое объединит берега Средиземного моря под знаменем мира и процветания!
Его речь была встречена восторженными возгласами. Даже местные жители, поначалу опасавшиеся новых правителей, начинали видеть выгоды от изменения статуса города. Александрия, освобождённая от строгого контроля мамелюкского султаната, могла снова стать тем, чем была в древности — космополитическим центром торговли и культуры.
После церемонии Крид некоторое время прогуливался по улицам города, вспоминая, каким он видел его в прошлые эпохи. Александрия Птолемеев с её великой библиотекой и маяком, Александрия римских времён, византийская Александрия… Город менялся, но его сущность оставалась прежней — врата между мирами, перекрёсток культур.
В одном из тихих двориков он остановился, разглядывая древнюю колонну, покрытую почти стёршимися греческими надписями. Внезапно он почувствовал чьё-то присутствие за спиной и резко обернулся, рука инстинктивно легла на рукоять шамшира.
— Не стоит тревожиться, Бессмертный, — произнёс знакомый голос. — Я пришёл не сражаться.
Перед ним стоял брат Константин, но не в монашеской рясе, а в простой дорожной одежде. Его лицо осунулось, глаза запали, но в них по-прежнему горел фанатичный огонь.
— Ты, — Крид не скрывал удивления. — Я думал, ты давно покинул эти земли.
— И оставил Копьё в твоих руках? — монах покачал головой. — Нет, Виктор Крид, или как тебя там звали в прошлых жизнях. Я следовал за вами от самого Кипра, наблюдал за битвой с мамелюками, видел, как ты используешь силу артефакта.
— Чего ты хочешь? — Крид не расслаблялся, готовый к любому развитию событий.
— Предупредить тебя, — неожиданно ответил Константин. — Ты думаешь, что понимаешь природу Копья, но это не так. Оно использует тебя так же, как ты используешь его.
— О чём ты говоришь?
Монах сделал шаг ближе, понизив голос до шёпота.
— Копьё не просто реликвия, Бессмертный. Оно живое. У него есть собственная воля и собственные цели. Да, оно даровало тебе воспоминания, но выборочно. Оно показало тебе то, что хотело показать.
Крид нахмурился. В словах брата Константина была логика, которую нельзя было просто отмести. Действительно, воспоминания вернулись к нему не все и не в хронологическом порядке.
— Какова его цель, по-твоему? — спросил он.
— Власть, — просто ответил монах. — Копьё жаждет власти над миром. И оно использует тебя как инструмент, чтобы достичь её. Сегодня Александрия, завтра Египет, послезавтра всё Средиземноморье… Где это закончится, Бессмертный?
— Твои слова звучат как бред фанатика, — Крид покачал головой, но внутри него зародилось беспокойство. — Копьё — лишь оружие, символ, а не живое существо.
— Ты так думаешь? — Константин горько усмехнулся. — Тогда попробуй расстаться с ним. Оставь его на день, на час. Ты почувствуешь его зов, его притяжение. Оно не отпустит тебя, потому что вы связаны — Копьё и его носитель, две части одного целого.
Крид невольно коснулся Копья, закреплённого за спиной. Он должен был признать, что с момента обретения реликвии ни разу не расставался с ней надолго. И да, он чувствовал странную связь, словно Копьё было продолжением его тела и разума.
— Даже если ты прав, — медленно произнёс он, — что ты предлагаешь? Отдать Копьё тебе? Человеку, организовавшему заговор против принца, предавшему свои обеты?
— Нет, — монах покачал головой. — Я понял, что недостоин владеть им. Я слишком слаб, слишком подвержен искушениям власти. — Он посмотрел прямо в глаза Криду. — Я предлагаю тебе уничтожить его.
— Уничтожить Копьё Лонгина? — Крид не скрывал изумления. — Это вообще возможно?
— Есть способ, — кивнул Константин. — Древний ритуал, описанный в текстах, которые я изучал годами. Он требует определённых условий и… жертвы. Но это единственный путь освободить мир от влияния артефакта.
Крид внимательно смотрел на монаха, пытаясь понять, лжёт ли он. Но в глазах Константина он видел только усталость и странную решимость человека, пришедшего к важному осознанию.
— Почему ты говоришь мне это сейчас? — спросил Крид. — После всего, что произошло?
