Пришла беда, откуда не ждали – с «Сигизмунда Великолепного»: высочественная чета вдруг принялась уговаривать наперстницу принцессы переселиться на королевский флагман.
- Её высочество истосковалась по вашему обществу, дорогая Кира, - доверительно сообщал принц, элегантно откидывая со лба каштановую чёлку. – И вообще, скучает. Путешествие такое длительное и однообразное… Не откажите, молю! – взывал он и картинно прикладывал руку к бархатной куртке.
Ни скуки, ни тоски в румяном облике Пепелюшки Кира не примечала – хоть убей! Даже сами эти состояния казались чуждыми её безмятежному и довольному образу. Но – не станешь же спорить с принцем! И отнекиваться без видимых причин. Тем более, если державная особа говорит «молю» и смотрит на вас коровьим взором.
Никанорыч засуетился, тут же откомандировав Дорофея с пожитками своей пассажирки на Колбасковский корабль. Следом выпихнул и её самоё.
Потянулись дни, наполненные неумолчным Пепелюшкиным щебетаньем, темой которого всегда и неизменно являлся возлюбленный супруг. Иногда удавалось её переключить на чтение Псалтыря вслух, и тогда Кире казалось, что слаще музыки, нежели заковыристые и малопонятные мантры молитвенника, она в жизни не слыхала – так ей опостылело слушать про принца.
Одно радовало: за рукоделием, неизменно сопровождающем их посиделки, она достаточно развила и усовершенствовала навыки вязания, постигнутые в Вышеграде. А ещё поняла, что причиной её переселения на королевский флагман стала вовсе не Пепелюшкина «тоска», а единственно и всецело - инициатива принца. Пресытившись, должно быть, докучливым и однообразным обществом своей супруги, он сообразил переложить на незадействованные плечи её подруги свой тяжёлый крест: теперь он с чистой совестью пил пиво у Никанорыча на «Возке», резался в карты с капитаном «Сигизмунда», фехтовал с Медведем на «Орлике» и вообще был вполне и абсолютно доволен найденным изящным решением.
Вечером принц заявлялся в приподнятом настроении, слегка навеселе и, перегнувшись через спинку кресла, чмокал жёнушку в щёку:
- Чудесная вышивка, дорогая! Я в восхищении!
Жёнушка таяла от счастья.
- А ваше вязание, пани, - склонялся он над Кирой, кося взглядом в её декольте, - выше всяких похвал. Вы делаете безусловные успехи!
- Вы тоже, - не выдержала Кира однажды. – Весьма успешно и всецело передоверив мне общество своей супруги. Судя по наметившейся тенденции, ночевать с ней тоже вскоре мне придётся?
Принц весело рассмеялся и ниже склонился к её плечу, жарко и винно дыша в ухо:
- Прелестница! – прошептал он. – Вы искушаете меня, коварная! – и игриво ущипнул прелестницу за бедро.
«Ну начинается…» - с тоской подумала Кира и покосилась на подружку: видела или нет?
Но та, поощрённая похвалой её рукоделию, самозабвенно орудовала иглой, вышивая любимому батистовые сорочки белым шёлком.
На Чанчуньских порогах волколаки ожидаемо не объявились. Зато объявились хмурые бурлаки с пеньковыми канатами, берущие за перетяг через несудоходное место по три медяка на брата, и ушлые, скользкие личности, предлагающие услуги толмачей.
Дефицита в предложении пока не было, но и спрос на означенные специальности рос на порогах день ото дня: новый водный путь уже разведали и обкатали. Не успел Никанорыч с первооткрывательством.
Впрочем, по этому поводу он расстроился несильно. Хоть и насупился на оживлённую, разросшуюся слободку, как сыч на хомяка в клетке: это ж надо, какие нонче все расторопные, ажно противно!.. Но мысль о том, что с дорогой, рискнув, он не обманулся, перед королём не лоханулся, а, следовательно, доплывёт куда надо, не вертаясь назад с позором - эта мысль его приятно согревала и утешала. Как и возросшие надежды на сказочные барыши и возбудившаяся любознательность бывалого путешественника.
Купец, почти не торгуясь, нанял переводчика – хмыря в стёганом халате, треуголке с пером и парчовыми онучами под липовыми лаптями. Смуглое лицо этого типа под кудлатыми чёрно-седыми лохмами являло собой хитрую рожу прожжённого негодяя неизвестной, неопределяемой народности. То, что доверять ему не стоит, свидетельствовали и его манеры – подчёркнуто угоднические и подобострастные. Но дело своё он знал. Как и места, по которым, преодолев переволок, проследовали корабли экспедиции.
- Провинция Шаньдунь, уезд Линьцзы, селение Синьдяньчжэнь, - вещал он через пару дней пути, широким профессиональным жестом обводя проплывающие за бортом холмы. – На восточном краю имеется небольшой храм со статуей юной девы Лу-гу. Что означает «Богиня Печи». Желаете осмотреть?
Принц с принцессой, естественно, желали. Корабли причаливали, пугая местных коз и овец, и многолюдная кавалькада волоклась по просёлочным улочкам к указанным достопримечательностям.
- Селение Цзиньлиньчжэнь, - рапортовал гид-переводчик на следующее утро, указывая на мазанки над речным обрывом. – Лежит у подножия горы Фениксов. В ней добывают чёрные камни, из коих выплавляют железо, лучшего во всём мире качества. Изделия из него можно приобрести здесь же, в местных лавках. Желаете ознакомиться?
