- Тю! – фыркнула ничуть не смутившаяся отповедью Бригитта. – Не досуг ей! Чем же это ты так занята, родимая? Либо от ремонта крыши мы тебя отрываем? Али от чистки печи?
- Не тебе в мои дела нос сувати, - огрызнулась лесная колдунья. – На крышу мне зарабатывать надо, а не вашу грызню слушать!..
- Ну ясно, ясно, - согласилась фея-крёстная. – Бытовое колдовство никогда не было твоей сильной стороной, Ятрыха Латыгорка.
Критика Латыгорку задела. Она насупилась:
- Зато тебе оно ничего не стоит, Шуньята Странница!
- Что? Кто? Как она тебя назвала? – вскинулась Кира.
Но ведьмы не обратили на неё никакого внимания.
- Мне оно, может, ничего и не стоит. А вот тебе обойдётся в одну небольшую услугу… - Бригитта подмигнула коллеге. – А? Ну как? Договоримся?
Латыгорка недоверчиво поджала губы:
- Смотря что за услуга…
- Да боже ж мой! – возмутилась Бригитта картинно. – Не жмись, дорогуша! Сроду прогадать боишься… Ничего такого, что б ты не смогла, мы с тебя не спросим! Каков смысл?
- Хм… А чего сама-то? – с подозрением поинтересовались у уговаривающей стороны. – Неужто в чём-то я смогу больше тебя? Не может того быть…
- Видите ли, в чём дело, - вмешалась Кира, - нам нужен перстень из Северного моря. Заговорённый на вечную верность. Надо вернуть его хозяйке или… уничтожить. Это возможно?
Латыгорка выслушала пояснение просительницы и перевела вопросительный взгляд на коллегу. Которая к тому времени, воспользовавшись кратким Кириным выступлением, дохлебала кашу и сыто рыгнув, отодвинула от себя миску.
- Прошу прощения, - смущённо откашлялась она, - волчьи манеры. Не отпустило ещё, кхм…
- Ты на волков-то не греши, - хмыкнула хозяйка. – Сроду свинья свиньёй… Чего ко мне-то с этим перстнем? Я тута ни при чём!
- Сроду, - парировала Бригитта, - брехло брехлом…
Она потёрла сухие ладошки и вытянула шею, пытаясь заглянуть в горшок:
- А что каша-то у нас? Осталась? – она подтянулась за горшком, подтащила его к себе и принялась, наклонив, соскребать остатки со стенок и донышка. – Видишь ли, дорогуша, - объясняла она между облизыванием ложки с поскрёбышами, - наша девочка бежала к тебе со всех ног по короткой волчьей дороге, дабы опередить одного славного витязя… Да ты его, должно, помнишь! Он был тебе как-то заказан уважаемым господином посадником. Ты заколдовала его в медведя. Неплохая, кстати, работа, поздравляю. Уж что у тебя получается, дорогуша, то получается – тут спорить не возьмусь…
Латыгорке последнее замечание заметно польстило: лицо её озарилось неконтролируемым самодовольством, которое она, сурово хмурясь, усиленно пыталась скрыть.
- Этот достойный во всех отношениях молодец, - продолжала Бригитта, с тоской глядя в пустой горшок, - вспомнил свой опыт общения с искусницей Латыгоркой и вбил себе в голову, что она не откажется ему помочь. По старому знакомству, должно быть. Ну вот. Вспомнил, стало быть, и рванул из самого Колбаскова в сторону Коромыслова леса так споро, что только пятки засверкали. А эта героическая девица, - ведьма ткнула ложкой в сторону Киры, - тоже вбила себе в голову ересь, но уже иного рода: решила, что витязь сей, повторно встретившись с тобой, дорогуша, непременно плохо кончит, поскольку готов за то кольцо на что угодно - Либо запродаст тебе, змеищще, свой недавно вернувшийся человеческий облик, либо бессмертную душу. И ринулась, не щадя живота, благородно спасать благородного дуралея. Ну? Как тебе историйка?
- Молодёжь, - махнула рукой лесная ведьма.
Фея-крёстная понимающе покивала. Обе колдуньи пригорюнились, словно старухи на приподъездной лавочке, задумавшись, видать, о лучших временах.
В углу каркнул спросонья задремавший ворон.
- Так и что? – не поняла Кира и уставилась на Бригитту. – Она сможет нам помочь?
- Нет! – отрезала Латыгорка.
- Сможет-сможет, - заверила ведьма в волчьей шкуре и энергично поскребла за ухом. – Ай! Опять звериные рефлексы, будь они неладны… - старуха вздохнула и, чтобы занять склонную к непроизвольной почесухе руку, погладила присевшего к ней на лавку кота по мускулистому загривку. – Баюша хороший, - проворковала она, - пушистик…
При взгляде на «пушистика» кровь стыла в жилах, но Бригитту харизматичный вид зверюги не смущал. Как зверюгу не смущали телячьи нежности посторонней ведьмы: он потёрся огромной головой о сухую сморщенную лапку Бригитты и замурчал. Негромко так. Примерно на тон ниже дачного мотокультиватора.
- Значит так, - перешла она на деловой тон, - договоримся с тобой, Ятрыха, следующим образом: я правлю тебе избу, а ты с благодарностью вручаешь нам этот чёртов перстень.
Хозяйка возмущённо фыркнула:
- Да я любого мужика могу за полушку нанять брёвна проконопатить да за полведра зелена вина крышу перекрыть! На что мне упираться, перстень добывать тебе со дна морского в нечеловеческих условиях зимних штормов? За такой-то отдарок! Ну ты даёшь, Шуньята!..
