Теперь все приобрело другую окраску – все светилось, по-настоящему светилось. Все люди – добрые, предметы излучают сияющий свет, а я – ну чисто фея, уже не ведьма – и это обстоятельство радовало безмерно. Машины останавливаются за 100 метров, давая мне возможность перейти дорогу, там, где нет ни светофоров, ни пешеходных переходов, иные вообще предлагают подвезти в 8 утра, продавцы в обычном продуктовом магазине приветливы до безобразия и готовы помочь во всем, кругом добро и свет. Это пугало меньше, чем предыдущая реальность, но все же пугало. Мы не привыкли к тому, чтобы видеть во всем только добро и свет, не так ли? И все это было странно. Видения не посещали меня более, я очень осторожно выбирала слова в разговоре с близкими – боялась, что они сочтут меня сумасшедшей. Несмотря на все это, я продолжала видеть и слышать все совсем не так, как обычно и понимала, что мое сознание все также не работает, но в борьбе «добра» и «зла» в моей душе перевес явно оказался на светлой стороне и это утешало.
В один из дней пришел папа – навестить меня. У меня же было чувство, что он пришел посмотреть, все ли со мной в порядке, подозревая, что я окончательно сошла с ума. Мы сели на кухне пить чай, и папа сказал:
– Давай поговорим.
Многообещающее начало.
– Что ты хотела узнать – спрашивай, – продолжил папа.
Я осторожно начала спрашивать его, когда умерла его бабушка, которая жила в Екатеринбурге, могилу которой они с мамой так и не смогли отыскать на кладбище. О, я знала, что, если бы мы сейчас пошли на кладбище, мы обязательно бы нашли ее могилу. Потом я спрашивала, куда делись родители его троюродной тети, которую воспитала его бабушка и что-то еще. Хотя на самом деле, я опасалась много говорить, из страха, что папа сочтет меня сумасшедшей и упечет в «дурдом».
А потом папа спросил:
– Поля, что происходит с тобой?
– Я полюбила мужчину, папа. А он меня не полюбил…
– Он женат? – спросил папа.
– Да, – тихо ответила я, потупив глаза. – Мы расстались, папа.
– У него есть дети?
Больной вопрос… И для Матвея, и для меня. Для Матвея потому, что детей у него не было, а он очень их хотел, я только сейчас это поняла. Для меня потому, что я очень хотела от него ребенка, но очень боялась…
– Не знаю, – ответила я.
– Как это? – спросил папа.
– Сейчас нет, но возможно скоро появятся…
Не знаю, что подумал папа, когда я ему это сказала. Возможно, решил, что жена Матвея ждет ребенка и поэтому мы расстались…
Близился Новый год, который несет с собой много разных хлопот – как правило, приятных для большинства людей, но только не для меня. С некоторых пор я терпеть не могла этот праздник, и каждый год перед Новым годом мое настроение резко ухудшалось. Новый год означал бессмысленные траты денег, нелепые подарки всем мало-мальски знакомым людям – потому что «так принято». Мне было приятно делать подарки только своим детям. Хотелось подарить им этот восторг, радость и удивление, когда они находят под елочкой подарки, оставленные Дедом Морозом. Но в последние годы и это было мукой – потому что денег катастрофически не хватало, а детские игрушки – удовольствие не самое дешевое. Но даже эти мысли в моем теперешнем состоянии меня не угнетали и не пугали. Наоборот.
Прошел примерно месяц, прежде чем я как-то пригасила свой внутренний свет и смогла принимать реальность такой, какой обычно ее видела. Точнее, такой, какой она была раньше, она больше не стала никогда, но я, по крайней мере, смогла ее воспринимать более-менее осознанно. Включить сознание мне помогли дети, которые в один прекрасный вечер просто попросили меня почитать им на ночь сказку. И я начала читать. В первый вечер, когда я открыла книгу, я поняла, что буквы расплываются перед глазами, и я даже не могу сфокусировать взгляд. Пришлось напрягать все свои внутренние ресурсы, чтобы сфокусироваться и сосредоточиться на том, что я читаю. Эти усилия и поспособствовали тому, что мой разум включился в работу. Вот так – всего-то на всего нужно было начать читать. Мое любимое занятие с самого детства и тут меня выручило.
Когда я, наконец, смогла воспринимать реальность без бурной работы моих «темных» и «светлых» сторон, меня стали одолевать совсем другие чувства.
Мне было стыдно. Стыдно перед самой собой, но еще больше перед моими детьми. Я – взрослая женщина, от которой зависит жизнь, благополучие и будущее двух маленьких человек, а я не справилась с этой ответственной миссией. Нам пришлось переехать к родителям, тем самым отказавшись от привычной жизни, от собственной самостоятельной жизни. Но платить за квартиру мне было нечем. Месяц, в течение которого, я «сходила с ума» и не работала, не прошел даром. В один прекрасный день, я осознала, что у меня не просто нет денег, а денег нет совсем, и жить нам с детьми не на что. А произошло это в конце февраля.
