– И вы прекрасно знаете, – заверил его Эллиот, – что я тоже это ненавижу. Но помните, настоящая миссия правительства этим не ограничивается. Мы намерены заставить китайцев вести себя как цивилизованная страна – открыть по крайней мере пять портов, включая Кантон, для торговли, чтобы в каждом порту были британские консулы и, возможно, посол при дворе. Англичане смогут свободно жить в этих местах. И там построят христианские церкви, в том числе для китайцев. Ваши желания и мои совпадают.
– Это конечная цель, но средство ее достижения – торговля опиумом.
– Боюсь, что так.
– Думаю, я должен служить правительству, – сказал Уайтпэриш, – но надеюсь, что меня более не попросят об этом. – Он вздохнул. – Я сожалею, когда кого-то лишают жизни, – произнес он с грустью.
– И я, – кивнул Эллиот. – Мне было особенно грустно, когда доблестного старого адмирала Гуаня убили во время штурма одного из фортов. Но такова война. – Он сделал паузу. – Есть еще одна жертва. Бэйлэ потерял доверие императора.
– Понижен в должности?
– Два дня назад его увезли в Пекин в кандалах, приговорив к смертной казни. Видимо, Линь провожал его. Вот такая ирония.
– И как это повлияет на переговоры?
– Очевидно, бэйлэ пообещал нам Гонконг без согласования с императором или властями. Но мы оккупировали остров и, разумеется, не вернем. А еще он пообещал шесть миллионов долларов за конфискованный опиум, тоже, вероятно, не имея на то полномочий. Но можете быть уверены, мы заставим китайцев выплатить нам эти деньги.
– Значит, конфликт еще не исчерпан.
– Не совсем. И здесь, мой дорогой мистер Уайтпэриш, вы нужны правительству ее величества. Я отправляюсь в секретную экспедицию. У меня есть хороший штурман. Вы с ним уже знакомы. Это парень по имени Ньо. Тот, что предоставил нам сведения об артиллерийских батареях, точные сведения, прошу заметить. Теперь мне нужен переводчик.
– Понятно.
– Может быть, придется вступить в бой, но беспокоиться не о чем. – Он улыбнулся. – Мы поплывем на «Немезиде».
Они вошли в огромную сеть каналов, лежащих к западу от залива, в край илистых равнин, который простирался, на сколько хватало глаз. «Немезида», перевозившая, кроме собственной команды, еще и целый отряд морских пехотинцев и буксирующая пару баркасов, с пыхтением продвигалась на север по водной глади. Время от времени канал начинал разветвляться, но их штурман не колебался.
– Возможно, Ньо и мошенник, – заметил Эллиот, – но он знает эти водные пути как свои пять пальцев.
– Такое впечатление, что это пустошь, – сказал Уайтпэриш.
– Если верить Ньо, то это никакая не пустошь. Впереди город и множество мелких фортов. Думаю, лучше разгромить их прямо сейчас. Как только мы получим контроль над всей рекой, мы же не захотим проблем в тылу.
Когда они добрались до городка, заверения Эллиота о том, что им нечего опасаться, подтвердились. Да, больше обычной деревни. Уайтпэриш предположил, что в городке обитают примерно тридцать тысяч душ. Лучники осыпали их стрелами, бо́льшая часть которых просто отскакивала, ударяясь о железные борта корабля. Потом путь им преградили две военные джонки. Однако стоило «Немезиде» открыть огонь из своих орудий, как оба корабля ретировались.
– Никогда не видели железных кораблей, – заметил Эллиот со смешком.
– Железный дракон, – сказал Ньо.
– Городок не представляет для нас интереса, – объяснил Эллиот. – Он открыт со всех сторон, можем разбить его, когда захотим. Меня беспокоят форты.
Форты стали попадаться им во второй половине дня. Они были небольшого размера, в основном с глиняными стенами и батареей пушек. Каждый раз орудия железного корабля вскоре разрушали укрепления, не оставляя камня на камне, а пехотинцы высаживались на берег и умудрялись заклепать вражеские орудия без ощутимых потерь со своей стороны.
В паре мест появлялись группы китайских солдат, которые размахивали старинными копьями, выкрикивая оскорбления, но благоразумно держались подальше от мушкетов морской пехоты.
В конце дня они наткнулись на маленький форт, командир которого попросил о переговорах. Он оказался довольно молодым человеком с умным лицом. Поднявшись на борт «Немезиды», он объяснил, что его отцу принадлежит бо́льшая часть местных земель. Молодой человек с огромным интересом посмотрел на вооружение корабля.
– Я слышал об этом железном корабле, – объяснил он, – но не был уверен, что это правда.
– Переведите, что ему лучше сдаться, – попросил Эллиот.
– Он говорит, что полностью согласен, – перевел ответ Уайтпэриш. – Было бы глупо делать что-нибудь еще. Но он просит вас оказать ему услугу, чтобы он и его люди могли спасти лицо. Его пушка сделает несколько выстрелов в нас, но холостыми. Не могли бы мы сделать то же самое? Тогда он сдастся.
– У нас нет времени на всякую ерунду. Пусть сдается немедленно.
Вздохнув, молодой человек подчинился, хотя тихо бросил какую-то фразу, которую Уайтпэриш не собирался переводить, пока Эллиот не настоял.
– Он говорит, что у вас лучше пушки, но меньше мозгов.
– Вероятно, он прав, – весело отозвался Эллиот. – Заклепать орудия!
