Китай в эпоху Си Цзиньпина полностью

Между тем, два основных ингредиента китайского «экономического чуда» уже исчерпали себя. Первый — это огромные ресурсы дешевой и при этом достаточно дисциплинированной и обучаемой рабочей силы. Второй — удивительно удачная мировая конъюнктура, в которую встроилось экспортоориентированное китайское производство. По мере повышения себестоимости китайских товаров из-за удорожания рабочей силы, наложившегося на мировой экономический кризис 2008–2013 годов, стало очевидно, что прежние двузначные темпы экономического роста поддерживать уже нереально. Китайские экономисты все чаще стали говорить о «новой нормальности» , о «переходе экономики от экстенсивной к эффективной модели, от количества к качеству, от опоры на внешний спрос к опоре на внутренний спрос, от опоры на инвестиции к опоре на потребление»[50].

Однако к середине 2010-х годов так и не были найдены новые факторы, способные заменить в качестве драйверов развития дешевую рабочую силу и открытость внешних рынков. Единственный способ поддерживать высокий внутренний спрос и потребление — это стимулировать грандиозную инфраструктурную стройку так же, как это было и в предыдущее десятилетие (подробнее — см. очерк о развитии инфраструктуры).

Иначе говоря, «углубить» реформы не удалось, и к началу второго пятилетнего срока Си Цзиньпина это стало очевидно[51]. Тогда же в партийно-государственной риторике отказались от идеологемы «всестороннего углубления реформ» и начали говорить о «новой эпохе»: первоначально в это вкладывался и экономический смысл[52].

«Построение специфически китайского социализма в новую эпоху» означало, что Китай уже преодолел стадию «начального построения социализма», то есть уже не является бедной аграрной страной, как раньше, а значит, на первый план должны выйти другие задачи, помимо роста экономики.

Новые акценты (например, упор на «высокоуровневое проектирование, основанное на научном подходе» вместо традиционной ставки на инициативу с мест[53]) подчеркивали разрыв с прежней философией реформ. Были обозначены и новые временные ориентиры. Если концепция «всестороннего углубления реформ» нацеливалась на 2020 год, то сейчас на первый план вышли так называемые «две столетние цели» .

Первая «столетняя цель» была приурочена к столетнему юбилею КПК в 2021 году — к этому времени предполагалось решить проблему бедности, то есть построить «среднезажиточное общество» сяокан [54]. Учитывая это, особое внимание в 2017–2021 годах было нацелено на социальные аспекты, а вопрос перестройки социально-экономической системы отложен до лучших времен. Тем более, что разразившаяся на рубеже 2019 и 2020 годов пандемия коронавируса затруднила проведение системной экономической политики как таковой. Чтобы вытаскивать китайскую экономику из рецессии, государству вновь пришлось включать все ту же инфраструктурную «большую стройку» и инвестировать деньги в спасение неэффективных госкомпаний.

В результате к концу первого десятилетия своего правления Си Цзиньпин вряд ли мог быть доволен экономическими достижениями. Добившись серьезных успехов в плане укрепления партийного верховенства и борьбы с коррупцией, показав себя на международной арене и в развитии технологий, с точки зрения экономики страна продолжала топтаться на месте.

Отчасти это объясняется тем, что вплоть до 2023 года в экономическом управлении было велико влияние Ли Кэцяна и его единомышленников из числа бывших протеже Ху Цзиньтао. Для того чтобы получить наконец полную свободу действий и воплотить свои взгляды на экономическое развитие Китая, Си нужно было обеспечить свое нахождение у власти и на следующее десятилетие.

Решению «проблемы третьего срока» посвящен следующий очерк. Но, забегая вперед, отметим, что пока проблема «замкнутого круга» китайского экономического чуда далека от своего решения[55]: новые драйверы развития взамен исчерпавших себя не найдены, поддержание внутреннего спроса вынуждает совершать неэффективные инвестиции, усиление партократического начала препятствует рыночному регулированию. Иногда может даже показаться, что китайское руководство попросту не знает, что делать дальше. Симптоматичной в этом плане стала беспрецедентная задержка с проведением 3-го пленума ЦК КПК 20-го созыва. Несмотря на то, что, согласно устоявшейся практике, его должны были провести на следующий год после съезда, в течение 2023 года он так и не состоялся.