– Хороший город Шанхай, – заметил Нокс. – В воскресенье после обеда набираешь номер – и через два часа тебе показывают квартиру. Вот где предприниматели своего не упустят. Мы, американцы, погрязли в самодовольстве, считаем, что сладкую жизнь нам на блюдечке должны подносить. А шанхайцы до сих пор вынуждены сладкой жизни добиваться. – Нынче Джон осматривал место преступления – лабиринт переулков, где были похищены Дэннер и Лю Хао. Последний явно угодил в засаду; оставалось непонятно, что он забыл в этом потенциально опасном районе.
– Вы меня слышите? Я говорю, риелтор будет через полчаса.
– Слышу, слышу. Должен сказать, у вас очень сексуальный вид. А вот мне надо срочно войти в роль.
– Я не потерплю от вас вольностей, Джон Нокс.
– Я лишь хотел сделать вам комплимент. В конце концов, должен же я, по плану, отвешивать вам комплименты.
Грейс смотрела мимо, на противоположную сторону улицы.
– По-моему, за нами следят двое.
– Один сувенирами вразнос торгует, другой, здоровый малый, в ресторане засел.
– Именно так.
– Тот, что с сувенирами, наверняка из Бюро общественной безопасности. Согласны?
– Пожалуй. Или из другой аналогичной организации. У нас тут всяческих бюро хоть отбавляй.
– Насчет второго шпика не уверен.
– Мне кажется, это частный сыщик, – предположила Грейс. – Как думаете, другие иностранные компании интересуются Лю Хао? Лично я считаю, что они должны им интересоваться.
– Может, тип в ресторане на такую компанию и работает.
– Это очень трудно определить, – по-прежнему не отступая от правил английской грамматики, проговорила Грейс. Нокс стал подумывать, не прицепить ли ей кличку «Розеттский камень» – по названию лучшей, если верить рекламным посулам, программы изучения иностранного языка не выходя из дома. – Риелтор сказала, что будет ждать нас у главного входа.
– Вам надо просто-таки липнуть ко мне. Словно мы хотим снять квартиру для того… вы понимаете, для чего. Чтобы предаться всепоглощающей страсти.
– Нет проблем.
– Вы не шутите? Для вас это пустяк? – Джон не мог представить эту женщину липнущей к кому бы то ни было. Ужасно хотелось посмотреть, как она станет это делать.
– Давайте договоримся: когда мне вздумается пошутить, я вас заранее предупрежу.
Вместе они нашли подходящий магазин, где Нокс купил брюки и хрустящую от новизны рубашку, сразу переоделся, а свои вещи сунул в пакет и вручил Грейс.
– Знаете, чего я никак не пойму? – проговорил он, критически рассматривая себя в большом зеркале. – Вы получили прекрасное образование; зачем же с таким образованием в армии служить? Почему вы не вернулись в Шанхай? Могли бы сделать блестящую карьеру. И что вам понадобилось в Гонконге?
– Все очень сложно.
– Мы сами создаем себе сложности. Не надо их во всем винить.
– Я допускаю, мистер Нокс, что вы обладаете умениями в самых разных областях. Но философом вас вряд ли можно назвать.
Джон прищурился.
– Я вас обидела?
– Я на такие пустяки не обижаюсь.
– Лю Хао доставил своей семье много неприятностей. Впутывал родителей в сомнительные финансовые предприятия. Я предложила содействие в его трудоустройстве, надеясь исправить ситуацию – ситуацию в его семье. В «Бертолд групп» он очень хорошо зарабатывал. Теперь он попал в беду…
– …что плохо отразится на вас, – закончил фразу Нокс.
Какое-то время они шли в молчании. Наконец Грейс выдала:
– Повторяю, все очень сложно.
Через несколько минут они уже были перед домом Лю Хао.
К ним приближалась молодая энергичная китаянка. Лет двадцать пять, необузданный энтузиазм, мини-юбка. Нокс и Грейс представились, девушка протянула обоим по визитной карточке с надписью: «ПРОСТРАНСТВО – СРЕДА ОБИТАНИЯ ЗАВТРАШНЕГО ДНЯ».
В холле было чисто и светло.
– Все последние достижения техники! – Адепт среды обитания завтрашнего дня говорила по-английски – как секатором орудовала. – Высокоскоростной Интернет, телефон, техническая поддержка службы безопасности. В каждой квартире горячая вода и возможность регулировать температуру воздуха.
На единственном в здании лифте они доехали до пятого этажа. Дверь свободной квартиры кичилась надписью на путунхуа: «Пять Ланей».
Нокс пересек довольно тесную гостиную и выглянул из окна, якобы на предмет вида. Первым, кого он заметил, был крупный малый, избравший наблюдательным пунктом ресторан. А вот и осложнение пожаловало – торговец сувенирами катит свою тележку прямо к дому Лю Хао.
Опасаясь, что их вычислили, Нокс хотел было сваливать. Однако понадеялся ускорить ход событий.
Вдруг из спальни раздалось приторное «милый, иди скорей сюда!». Таких способностей Нокс в своей напарнице и не подозревал.
Он вошел в комнату, такую маленькую, что там едва помещалась двуспальная кровать. Грейс, взобравшись на нее с ногами, прыгала на пружинящем матрасе, как пятилетняя девочка.
– Смотри, какая мягкая кровать! Попробуй сам! – Она похлопала по матрасу.
Нокс подождал, пока внимание риелторши вернется к Грейс, и слегка коснулся пальцем своих наручных часов. Грейс в очередном прыжке откинула голову и быстро вернула ее в обычное положение – дескать, поняла.
– Что скажешь, мой сладкий? Тебе нравится?
