8 декабря 1970 г., решив, что время открытых действий пришло, Чжоу Эньлай направляет через Госдепартамент США прямое послание о возможности начала официальных переговоров для обсуждения «освобождения китайской территории, называемой Тайванем», находящейся под оккупацией США. Именно такой формулировкой, опасаясь внутриполитических противников, прикрылся Чжоу Эньлай, который, по сути, не просто открыл новую эру американской зависимости Китая, но и заложил основу парадигмы существования нескольких китайских государств на мировой арене — именно так и не иначе воспринимается в Китае существование независимого Тайваня, оставшегося таковым после решений «шанхайской группы». Бесконечный обмен попытками установить контакты был назван «пин-понговой дипломатией» и увенчался визитом команды США по пин-понгу в Пекин, где их принял Чжоу Эньлай.
В другом послании, отправленном через Румынию, но пришедшем спустя только месяц, указывалось, что Тайвань является единственным препятствием при установлении отношений между США и Китаем. В Румынском послании также содержалось приглашение Никсону посетить Пекин.
Спустя несколько месяцев в Китай прибывает с секретной миссией Киссинджер, которого в аэропорту встречает в статусе заместителя председателя Центрального военного совета КНР южнокитайский маршал Е Цзяньин, подчеркивая роль хозяина ситуации. Делегацию достаточно низкого статуса — Киссинджер имел статус лишь советника президента — встречает сам Чжоу Эньлай. Длительное ожидание премьера увенчалось рукопожатием Чжоу Эньлая и Генри Киссинджера — последний раз Чжоу Эньлай попытался пожать руку американцу, Джону Даллесу, в 1954 г. — и неудачно, не удостоился руки. Спустя 17 лет американцы стали умнее, а Чжоу Эньлай выдержал значительную паузу, чтобы обида, нанесенная ему, была прочувствована противником. Потеря Китая — которую допустили американцы при Трумэне и не без помощи И.В. Сталина — произошла от избыточной заносчивости и пренебрежения ролью Китая в мировой истории, теперь эта болезнь случилась с СССР. Спустя семь месяцев, 21 февраля 1972 г., состоялся визит Никсона в Китай, который начался со встречи его в аэропорту Пекина Чжоу Эньлаем.
Интересно, что сущностные вопросы об отношениях Никсон обсуждал с Чжоу Эньлаем в течение нескольких встреч и 15 часов, тогда как предваряющая беседа с Мао свелась к малозначимому разговору, где Мао долго и по-барски разыгрывал роль хозяина, окончив беседу тем, что «почти счастлив, когда к власти приходят правые» по всему миру — во Франции, Германии, США.
По итогам визита Никсона было подписано историческое коммюнике, которое, что неудивительно, носило название Шанхайского. Мощный разворот стран друг к другу — то, что можно назвать крупнейшим геополитическим успехом США во второй половине XX в., — прервался смешением Никсона с поста президента США и резким сворачиванием активности американской дипломатии в мире. Без сомнения, это пошатнуло позиции Чжоу и смазало возможную победу проамериканских сил, в том числе Шанхайской группы, связанной с Республиканской партией США, сильно выдвинув вперед «инструмент» контроля шанхайцев над «внутренним пространством» Китая — армейскую группу сычуаньцев — группу Дэн Сяопина, которые из ведомых в период спада активности внешних сил превратились в ведущую силу. Однако ненадолго — до 1989 г., когда Шанхай уже взял окончательную и бесповоротную победу, придя к власти уже повсеместно — при американских президентах-республиканцах Рональде Рейгане (1981–1989) и Джордже Буше старшем (1989–1993), которые вновь, в том числе и через разведывательное сообщество, усилили связи с КНР и поддержали его в качестве тарана против СССР.
[1] Киссинджер просто не дал ему хода по своей линии, предпочитая оставаться единственным посредником в будущем сближении двух стран, однако в Китае это не сразу поняли. Спустя длительное время Киссинджера и его амбиции начали воспринимать всерьез — и Мао Цзэдун, и Чжоу Эньлай уделили секретарю Госдепартамента многократно больше времени и внимания, чем Никсону, понимая, что успех их дела лежит именно в создании отношений с основным коммуникатором двух стран. roles(reader-all)
Китайская власть - (без изменений) Внешняя политика Чжоу Эньлая и генезис ядерной программы Китая
(без изменений) Внешняя политика Чжоу Эньлая и генезис ядерной программы Китая
Контроль над Министерством иностранных дел, наряду с Министерством коммуникаций, на протяжении долгого времени и на системном уровне играет для «шанхайской политической группы» характер ключевого вопроса в реализации функции коммуникатора китайского пространства с различными глобальными проектами условно западного характера.
Первым министром иностранных дел Китайской Народной Республики стал именно Чжоу Эньлай, совмещая этот пост с постом премьера Государственного административного совета с 1949 по 1958 г., до того, как власть в стране на четыре года перешла в руки Мао Цзэдуна и поддерживающих его леворадикальных элементов.
