Уже в 1965 г., когда естественный и идеологический союзник США в лице Лю Шаоци — сам Мао Цзэдун предпринял попытку разворота к Китаю. В 1965 г. в интервью американскому журналисту Эдгару Сноу Мао Цзэдун заявил: «Естественно, я лично сожалею, что исторические силы разделили американский и китайский народы и между нами почти 15 лет не было никаких контактов. Сейчас пропасть выглядит даже еще шире, чем когда-либо. Однако я лично не верю, что все закончится войной и одной из крупнейших в мире трагедий»[2]. Мао Цзэдун прекрасно понимал, что окончательное уничтожение в стране проамериканского блока приведет к мерам физического или теперь уже внешнего характера для осуществления цели сохранения геополитического контроля над «Китайским континентом» со стороны США, несмотря на то что с момента появления у Китая ядерного оружия, и даже до его появления, Мао выстраивал свою стратегию на риторике готовности Китая и его народа к ядерной войне с США.
США, что немаловажно, рассматривали коммунистический Китай как основную угрозу своим геополитическим интересам в их традиционной сфере геополитического влияния — Тихоокеанском кольце — в гораздо большей степени, чем СССР, что усложняло возможности переговорного процесса между Китаем и США. Как следствие, эта обстановка требовала от Китая радикальных и достаточно авантюрных усилий, по итогам которых такие переговоры стали бы возможны хоть в каком-то виде, в особенности учитывая то, что Китай при реализации леворадикальной внешней политики фактически стал «больным человеком Азии», проведя пограничные войны со всеми соседями, в том числе Индией, сохраняя достаточно негативные отношения с Японией, оказавшись тем самым в абсолютной международной изоляции.
Новые шансы для руководства Китая открывал приход к власти в США республиканского президента Ричарда Никсона (1969–1974) и его руководителя внешнеполитического ведомства Генри Киссинджера, выполнявшего в первые годы правления Никсона задачи советника по национальной безопасности. Позиция Киссинджера разительно отличалась от позиции Макджорджа Банди, его предшественника на этом посту при президенте Линдоне Джонсоне: «Коммунистический Китай — совершенно иная проблема по сравнению с [Советским Союзом], оба его взрыва [первое испытание ядерного оружия Китаем в октябре 1964 года] и его агрессивное отношение к своим соседям делают его крупнейшей проблемой для всех миролюбивых людей»[3].
Политика Никсона – Киссинджера преследовала куда большие цели, нежели достижение контроля над регионами, пограничными с воинствующим и экспортирующим коммунизм Китаем: получив сигналы от «шанхайской политической группы», в частности от Чжоу Эньлая, Никсон – Киссинджер преследовали задачу установить контроль над Китаем, добиться его окончательного выхода из системы коммунистического блока стран и разорвать экономическую привязку к советскому блоку.
Переговоры с республиканцами в США велись, что неудивительно, по французской линии, которая традиционно оставалась активным каналом связи Чжоу Эньлая с коллективным Западом: в марте 1969 г. генералом Шарлем де Голлем была предпринята инициатива по посредничеству Франции в установлении отношений между Китаем и США. И именно в марте 1969 г. части Вооруженных сил Китая предприняли первые провокации в отношении СССР, развязав пограничный конфликт на Дальнем Востоке. Посредничество Франции в вопросах установления отношений между США и КНР технически готовил член «шанхайской политической группы» Хуан Чжэнь. Он родился в провинции Аньхой, однако получил образование в Шанхае и там же начал политическую деятельность. С 1964 по 1971 г., в период, ставший подготовительным перед официальным установлением отношений, Хуан Чжэнь выполняет функции посла во Франции, после чего, естественно, перемещается на позицию посла КНР в США. В 1969 г. избирается в состав Политбюро ЦК Компартии, что само по себе являлось беспрецедентным явлением и подчеркивало важность проводящейся им «операции». Во время апогея власти Чжоу Эньлая Хуан Чжэнь занимает должность председателя Комитета по внешним связям ЦК Компартии, который контролирует МИД КНР. После смерти Чжоу Эньлая Хуан Чжэнь продолжает занимать высокие посты — с 1977 по 1982 г. занимает пост министра культуры. В дальнейшем дипломаты «шанхайской группы» полностью контролируют китайско-американские связи, в том числе и по направлению представительства в ООН. Эта ситуация меняется только ко второму сроку правления Си Цзиньпина (2018–2023).
Перед тем как продолжить изучение биографии «патриарха» «шанхайской политической группы» в период КНР Чжоу Эньлая, требуется уделить отдельное внимание вопросу роли группы, как и самого китайского фактора, в развале СССР, провала его идеологической линии на международной арене, а также сделать неизбежные выводы о критическом влиянии Китая на внутреннюю политику современной Российской Федерации.
[1] Лю Шаоци занимал высший в исполнительной власти Китая пост председателя КНР с 28 апреля 1959 г. по 11 октября 1968 г.
