Палмер пришел к выводу, что если Кидд специально разделил документы, хранящие его тайну, и спрятал их в разных местах, то и окончательный ключ к загадке должен быть скрыт опять-таки в какой-то из принадлежавших ему вещей. Сохраняя все в глубокой тайне, Губерт продолжал поиски предметов, бывших собственностью Кидда. Наконец в 1934 году ему в руки попалась деревянная шкатулка для рукоделия, которая когда-то принадлежала жене Кидда. Он скрупулезно исследовал ларчик. И когда из оковки основания были вынуты четыре гвоздя, она легко сдвинулась и открыла узкую щель, в которой находился свернутый чертеж — снова это была карта все того же острова.
Но здесь, кроме уже известных данных, указывались широта и долгота острова. А на полях карты были сделаны какие-то пометки.
Казалось, теперь можно организовывать экспедицию… Но Палмеры понимали, что координаты, поставленные в XVII веке, наверняка не совпадали с современными: в те времена пользовались куда менее точными способами определения широты и долготы…
Палмеры обратились за помощью к своему другу, морскому офицеру и картографу…
Но война прервала дальнейшие поиски… А в 1942 году умер старший Палмер, спустя восемь лет — младший, Губерт.
Позже за поиски клада взялся некий адвокат Энтони Хьюлетт. Убедившись после графологической экспертизы в подлинности документов, Хьюлетт принялся за расшифровку карты. Через пять лет исследований, в 1958 году, он объявил, что остров определен и сокровища Кидда почти у него в кармане… Подготовка к экспедиции шла несколько лет, о ней много писали газеты и журналы в начале 60-х годов.
И вдруг в английских журналах и газетах появляется сообщение: никаких несметных сокровищ Кидда не было и нет, ибо вообще не было такого пирата Кидда… А была только ложь о капитане Кидде.
Шел 1696 год… Капитан одного судна Ост-Индской компании привез в Лондон письмо индийских купцов, извещавшее, что они решили прекратить торговлю с Англией, так как несколько их кораблей, шедших в Лондон с грузом шелка, слоновой кости и пряностей, были захвачены английскими пиратами.
Это письмо вызвало переполох в Лондоне — многие высокопоставленные королевские чиновники и даже члены королевской фамилии вложили большие капиталы в торговлю с Индией и получали от этой торговли изрядные барыши. На имя короля Англии Вильгельма III было подано тайное прошение, подписанное крупнейшими политическими деятелями и торговыми людьми Англии, о посылке военной эскадры против «джентльменов удачи». Вильгельм, в свою очередь, предложил создать синдикат, на средства его построить мощный военный корабль и отправить в крейсерское плавание в Индийский океан с целью обезопасить торговый путь. Вскоре синдикат был создан. Во главе его стал лорд Ричард Белломонт, назначенный незадолго до этого Вильгельмом III губернатором Нью-Йорка. А еще через некоторое время был построен фрегат, которому дали имя «Адвенчур» («Приключение»). Лорду Белломонту было поручено подобрать достойного капитана на этот фрегат.
В это время по торговому делу В Лондон приехал нью-йоркский купец, владелец двух торговых кораблей капитан Уильям Кидд. Кидду предложили стать капитаном «Адвенчура». Лорд Белломонт заключил с Киддом от имени синдиката тайное соглашение, по которому четвертая часть отнятой у пиратов добычи оставлялась команде «Адвенчура», 15 процентов Кидду, 60 — синдикату. Кидд, кроме того, получил два свидетельства, одно из которых разрешало ему захватывать все французские военные и торговые суда (Франция в то время находилась в состоянии войны с британской короной), а второе обязывало захватывать все корабли всех пиратов, флибустьеров, бу-каньеров, корсаров и прочих морских разбойников. Оба свидетельства были скреплены печатью.
…Так началось то, что привело Кидда к петле королевского палача.
Первый же корабль, который повстречался в море Кидду, был английский фрегат, у которого по каким-то причинам не хватало на борту матросов. Пользуясь правом насильственной вербовки в свой экипаж в открытом море любого количества матросов с любого корабля, плавающего под британским флагом, капитан военного судна забрал у Кидда почти всех людей. Кидду ничего не оставалось, как повернуть «Адвенчур» обратно в Лондон…
На этот раз Кидду — и то с огромным трудом — удалось буквально заманить на свой корабль лишь самую отчаянную портовую голытьбу, которую ни один мало-мальски уважающий себя капитан не подпустил бы и к трапу.
В конце 1696 года «Адвенчур» уже бороздил воды Индийского океана.
Проходили месяцы, но «Адвенчур» не встречал ни пиратов, ни французов. Таяли запасы продовольствия и пресной воды. К берегу Кидд подходить опасался, не зная, как встретят там английское судно. Матросы требовали выполнения договора, но долгожданного «приза» все не было. И в декабре 1697 года, спустя год после начала этого плавания, на корабле Кидда вспыхнул бунт: экипаж требовал начать самый обычный грабеж первых попавшихся кораблей — английских, французских или голландских — все равно.
